Не потеряй меня

Тон, которым Оритейл произнес это, был презрительно-брезгливым, словно речь шла о чем-то мерзком. Но Варя не могла понять, что именно он имеет в виду.

– Нун тоже полукровка, – пробормотала она, больше для себя, чем для него. – Не человек, а помесь…

– В тебе течет кровь эсмаев, – он покачал головой. – Этим все сказано.

– А в нем?

– В нем? – во взгляде Оритейла мелькнуло недоумение. – Он же архав, неужели ты этого не поняла? Демоническую ауру невозможно скрыть никакой личиной, даже люди на площади инстинктивно почувствовали ее.

Архав… Полукровка с демонической аурой…

Еще несколько дней назад Варя подумала бы, что все это бред. Но теперь, убедившись, что в этом мире существуют драконы и маги, она ничуть не удивилась, услышав о существовании демонов.

Оставался один вопрос: кто же он, этот таинственный незнакомец? И почему она не может не думать о нем?

Но произнести это вслух девушка не решилась.

– И что вы будете делать со мной? – спросила она, нарочно уводя разговор в другую сторону.

– Пока накормлю и отмою. А там… – ей показалось, будто в глазах мужчины снова вспыхнул огонь, – а там посмотрим. Если будешь послушной, тебя никто не обидит. Но все зависит от того, сколько ты можешь дать. Думаю, очень много, я чувствую сумру даже сейчас, через анкр.

– Через… что?

Оритейл слегка нахмурился, глядя на нее. Кажется, она опять спросила что-то не то.

– Мой плащ. Он сшит из кожи анкра и глушит аромат сумры. По идее, пока ты в нем, я не должен чувствовать, что ты нун.

Это для меня как кусок свежего мяса перед пастью голодного инкарда. Поэтому не дразни меня, – его многозначительный взгляд указал на капюшон.

Варя поспешно натянула капюшон еще ниже, почти до самых глаз. От плаща шел горьковатый запах полыни, но уж лучше он, чем кислая вонь инкардов и их погонщиков. Знак на правой ладони зудел, не давая забыть о себе, но девушка не решалась его почесать. Подсознательно ощущала, что наличие этой метки неприятно мужчине, сидевшему напротив нее.

Он же купил ее, заплатил настоящим золотом за возможность пользоваться ею так, как ему заблагорассудится, а кто-то взял и пометил его новую собственность, оставил свой след. И этот кто-то еще и недруг. Так что лучше сидеть и терпеть, может, эта штука сама пройдет, как ожог.

Хотя, в последнем она сомневалась.

В карете повисла тишина, наполненная странной недоговоренностью, страхом и ожиданием. У Вари было много вопросов, но она решила молчать. Пока молчать.