Клятва Арвиинца

– Подожди! Подожди! – Лануш согнулся от дикого смеха, у него аж слезы брызнули.

Тим ждал, улыбаясь.

Только минут через пять Лануш смог прохрипеть:

– Чем? Чем все закончилось?

– Сбежали они под шумок, больше мы их не видели.

Все еще вытирая слезы, Лануш махнул рукой, и парни двинулись вперед.

Уже, успокоившись, он спросил:

– А затылок… ты его постоянно чувствуешь?

– Да нет. Было разок – он вообще отключился. С утра тренькнуло что-то там и тишина. Я уже подумал, все, пропал дар! А вечером – дзиньк… и снова заработало.

Такая вот чумовщина. Ну и когда сплю, тоже, конечно, ничего не чувствую. Но в целом, я тебе скажу, полезная штукенция!

– Ема-а-а! Если бы мне такой дар… Скольким сволочам я бы… Что ж ты молчал?

Тим наморщил нос:

– Нельзя, отец запретил. Говорит, люди такое плохо принимают. Но, – Тим поднял указательный палец, – перед отъездом он наказал: «Напарнику все объясни. Не сразу, а когда он поймет, что к чему. Вы должны доверять друг другу».

– А твой батя бывалый человек.

А насчет меня не беспокойся – твой затылок и я теперь лучшие друзья! Хе-хе, каламбурчик.

– Эй, – возмутился Тим, – я в вашу дружбу как-то вписываюсь?

– Сам понимаешь, – Лануш развел руками, – третий лишний!

И снова заржал. Хохоча, они продолжили путь.

Ближе к обеду ребята миновали лесную развилку, но уже спустя несколько минут Тим внезапно остановился. Схватив Лануша за руку, он потянул его с тропы:

– Быстро-быстро! Уходим!

Они бегом кинулись к придорожным кустам и спрятались в них.

– Затылок? – уважительно спросил Лануш.

Тим тревожно кивнул – да, в верхней части шеи застрекотали мельчайшие, едва уловимые покалывания.

Через некоторое время послышался далекий скрип. Звук постепенно приближался, и вскоре появилась гнедая лошадка, запряженная в старую деревянную телегу.

Впереди сидели двое.

Один ростом пониже, в возрасте, его короткие, будто присыпанные мелом волосы топорщились редким ежиком. Белесые бровки, маленькие глазки, выпирающий животик – довольно невзрачный тип, если не считать носа.

Знатный, здоровенный шнобель торчал, будто клюв хищной птицы. Мужчина кутался в дорогую серую накидку, отливающую благородным серебром, и лениво помахивал вожжами.

Второй человек, высокий, в длинном буром плаще, натянул капюшон и, похоже, дремал – его голова мерно болталась из стороны в сторону. Сбоку, из-под полы, торчала рукоять меча.

Телега подъезжала все ближе и ближе.