Клятва Арвиинца

Сизая дымка не давала возможности оценить размеры, но Тим помнил, что сухмени обычно тянулись полосами на много миль.

Вдоль края пустоши сиротливо торчал ряд голых обугленных стволов. Дальше стояли деревья хоть и с ветвями, но уже облетевшими, а узкие черные дорожки, как ядовитые змеи, медленно вползали на их стволы. Казалось, они вгрызались в них, впрыскивая смертоносный яд и обрекая на мучительную гибель. Деревья следующей линии, похоже, ждала та же участь – листья на них еще не осыпались, но странным образом побелели и скрутились в тонкие трубочки.

Этот лес умирал – его пожирала ужасная болезнь, имя которой – сухмень.

Тим с сомнением всматривался вперед.

Можно, конечно, попробовать напрямую, но вряд ли старина согласится.

Лануш будто прочитал его мысли:

– Даже и не думай! – строго произнес он. – Я знаю, что такое сухмень.

Он поднял увесистый камень и бросил вперед.

Булыжник сперва шлепнулся на крохотную, чудом уцелевшую кочку высохшей травы, а затем неторопливо скатился на черную полосу.

Едва он коснулся ее, как сразу задымился. А еще через несколько мгновений с резким щелчком разлетелся на кусочки.

– Ого! Ладно, давай в обход, старина.

– Туда, – Лануш кивнул на едва заметную тропку, поворачивающую направо, – я слышал что-то про мост…

Удача улыбнулась им – переправа оказалась не так далеко.

Сначала появилась длинная провисшая линия, чуть расплывающаяся в дымке. Потом из-за деревьев показалась опора – громоздкое бревенчатое сооружение с крутой лестницей, напоминающее маленькую крепость.

На толстых канатах, тянущихся от нее в мглистую даль, были уложены кривоватые, плохо отесанные доски, а перилами служила пара хиленьких веревок.

Мост не пустовал – по нему медленно удалялся крупный мужчина.

Неожиданно конструкция дрогнула, и раздался протяжный надрывный скрип. Здоровяк на мгновение замер, вцепившись в веревки, но тут же двинулся дальше, прибавив ходу.

– Что-то… – Лануш с сомнением нахмурился.

Подойдя к опоре, ребята бодро поднялись по узкой лестнице.

Оказалось, что здесь, наверху, на небольшой площадке, образовалась настоящая очередь. Два фермера, седой тощий дед и крупная женщина с шумной детской оравой.

Между теткой и стариком развернулась нешуточная перепалка:

– По одному, дура, куда толпой прешь! – лицо сухонького дедули аж покраснело от злости.

– Эй, ущербный, еще раз такое услышу, сама тебя туда сброшу, усек? – женщина выпятила вперед мощный бюст и надвинулась на деда. – Мы всегда так ходили.