Наваждение. Проклятые элохимы

Хвост зверя – длинный и гибкий – топорщился ядовитыми иглами, утолщение на конце походило на булаву.

Сейчас Пес скреб мощными лапами по земле и хрипел. Из его пасти на снег падали хлопья розоватой пены, но глаза продолжали гореть красным потусторонним огнем.

Взгляд Айны скользнул по поджарому телу. Замер, столкнувшись со взглядом Пса. Она замешкалась всего на секунду, но этой секунды вполне хватило, чтобы провалиться в алое марево.

Голод. Страсть. Адская жажда.

Звериная похоть, что заставляет нервы скручиваться узлом, а позвоночник выгибаться от боли.

Вот что она увидела в этих глазах.

Чужие эмоции ударили в нее с силой цунами. Пронзили насквозь. Заполонили сознание яркими образами, от которых к горлу поднялась тошнота.

Девушка пошатнулась. Под давлением чуждого разума ее тело начало медленно оседать…

Она бы свалилась в снег, но кто-то схватил ее сзади за плечи и хорошенько встряхнул.

– Ты что творишь, сумасшедшая? – гаркнул над ухом смутно знакомый голос. – Жить надоело?!

Мужчина в шинели с золочеными пуговицами поднес фонарь поближе к ее лицу.

В его глазах мелькнули тревога и понимание. Один вздох – и хлесткая пощечина обожгла щеку Айны, заставив девушку мотнуть головой.

Вздрогнув, она прижала ладонь к горящей щеке. Вскинула на незнакомца ошарашенный взгляд.

Тот схватил ее за свободную руку и, не давая прийти в себя, потащил за собой.

– Вот чертова самоубийца на мою голову! – прошипел мужчина сквозь зубы. – Тебя что, не учили, что нельзя им в глаза смотреть?!

Мысли все еще плавали в странном тумане, навеянном чужим разумом.

Айна осознавала, что обращаются к ней, осознавала, что ее куда-то тащат с такой скоростью, что она спотыкается и загребает ногами снег. Но у нее уже не осталось сил, чтобы ответить или вырвать руку из крепкой хватки.

Вот и крыльцо. Украшенный барельефом фасад. Десяток широких ступеней, колонны, имитирующие древнегреческий портик. Широкая арка.

В глубине темнеет массивная дверь.

Айна едва успела окинуть здание взглядом, когда незнакомец втащил ее на крыльцо, распахнул дверь и буквально швырнул через порог.

Каким-то чудом ей удалось устоять на ногах.

– С-спасибо… – выдавила, выбивая зубами чечетку.

Только теперь, оказавшись в тепле, она поняла, что едва не погибла. Смерть была так близка. На расстоянии вдоха.

– Благодари не меня, а нувэра Хасселя! – буркнул нежданный спаситель. – Я бы тебя, бродяжку, на порог не пустил.