Мужчина в подарок, или Киборг моей мечты

Не знаю, имитация это простых человеческих чувств или нет, но улыбка ему очень шла. Не сдержавшись, я протянула руку и коснулась пальцем уголков его губ. Таких чертовски горячих соблазнительных губ! Представила, как приятно их целовать…

Шикнула на себя. Загнала развратные мысли подальше.

– Улыбайся почаще, тебе очень идет.

Улыбка застыла. В голубых глазах киборга появилось новое выражение. Он будто чего-то ждал. Только чего?

– Это приказ? – произнес странным голосом.

– Приказ? – у меня глаза на лоб полезли.

– То есть, я могу сам решать, когда использовать функцию улыбки?

Я закусила губу. Мне хотелось совсем другого.

– Знаешь, – заговорила, тщательно подбирая слова, – мне нравится твоя улыбка. Но хочется, чтобы ты при этом испытывал эмоции, которые получает улыбающийся человек. Без них улыбка – это просто движение губ, не больше.

– Я недостаточно естественно улыбаюсь? – Шейн нахмурился.

– Как раз очень естественно.

Он слегка склонил голову:

– Прошу прощения, что не соответствую твоим ожиданиям, дэа.

– Кстати, – внезапно вспомнила я, – а какая программа у тебя сейчас включена?

Затаила дыхание, ожидая ответ.

– Телохранитель. И компаньон.

Такая крошечная пауза между словами. Но мне она показалась очень важной, потому что, если уши меня не обманывали (а на слух я никогда не жаловалась), голос Шейна немного дрогнул.

Интересно, что будет, если включить ему функцию “сексуальный партнер”?

***

Легкое жужжание заставило меня оторвать взгляд от Шейна. В стене появился проход, и оттуда ожидаемо шагнула Лулу. На этот раз она была без очков, в комбинезоне синего цвета и с весьма недовольным лицом.

Подойдя, бухнулась на свободный стул и неприязненно буркнула в нашу сторону:

– Что, уже спелись?

– И тебе приятного аппетита, – ответила я, делая очередной глоток.

Шейн сразу встал, словно сидеть за одним столом с Лулу для него недопустимо.

Я проводила его изумленным взглядом, но комментировать не стала. Вставать тоже. Наоборот, откинулась на спинку стула и продолжила с наслаждением смаковать суррогат.

Лулу не выдержала и двух минут. Покрутилась на стуле, явно раздираемая противоречивыми чувствами, и вдруг выпалила:

– Папа сказал, что я должна вернуть тебя туда, где взяла, и стереть память, чтобы ты ничего не помнила.