Мертвый шторм. Зарождение

У руководства настоящей военной сверхдержавы своих важных дел по горло, и им, скорее всего, не особо интересны мелкие наемные разведчики и сталкеры.

Он оделся, вышел из комнаты и довольно быстро добрался до поверхности, пройдя жилой цех первого этажа, заставленный палатками. Это большая жилая зона для рядовых, жителей, гостей и обслуживающего персонала.

Быстро пробежав переходной туннель, Павел уже через несколько минут находился у дверей кабинета руководителя службы безопасности, постучался.

– Заходите, – последовал ответ с той стороны.

За дверью оказался крайне типичный для таких организаций кабинет. Классическая отделка, дубовые столы буквой Т, линия книжных полок вдоль правой стены и, разумеется, портрет президента давно канувшего в лету государства. Павел был уверен, что этот кабинет не менялся последние лет сорок и, возможно, тут сидел какой-то управляющий ещё до Катастрофы, когда завод ещё функционировал.

– Павел Александрович! – поприветствовал мужчина лет сорока. – Наслышан о вас, проходите, присаживайтесь.

– Здравствуйте, – ответил Павел, сев на ближайший стул.

– Для начала представлюсь. Меня зовут Николай Григорьевич Медведев. Начальник службы безопасности. В общем-то все заказы, которые вы выполняли через наших представителей, были от меня.

– Мне очень приятно познакомиться с вами лично, – Павел кивнул.

– Взаимно. Мы с вами ранее не встречались, но я о вас в курсе. Я лично проверяю контракты каждого нанятого со стороны человека.

Разумеется, проверяет.

– В общем, – продолжал Николай, – мне доложили о том, что вы проявляете некоторые способности в процессе ваших тренировок. Адель даже проявил беспокойство по поводу собственной сохранности.

– Не могу скрыть слона в комнате.

– С какого момента они проявились?

– С момента, когда я притащил для вас ту странную боеголовку с истребителя. Когда я пытался ее демонтировать, меня обдало чем-то… как будто разряд ударил.

– Почему вы сразу не обратились к нашим медикам?

– Потому что сначала ничего необычного не происходило. Я не чувствовал себя хуже и не замечал никаких отклонений. Только в процессе тренировок начали происходить странности.