Сказки Странника. Сборник

Аделька, цепляясь ногами за траву, дошла до края поляны, села за куст, обхватила руками коленки.

– Мог бы и поуговаривать, – бурчала она себе под нос. – Дура ты, Аделька! Деловая колбаса! Какие у тебя такие дела? Могла бы хоть до ближней рощи со Странником дойти. Авось, там этого рогастика кусачего не было бы. У-у-у-у, гад ползучий! – погрозила она в темноту кулачком с остро выпирающими костяшками. Темнота шелестела и пыхтела. – А этот улёгся и горя ему мало! Конечно, что ему какие-то зубастики, здоровому такому…

И что ли сказку про перекрёстки она никогда не узнает?

Аделька решительно встала и пошла к догорающему костру.

Постояла и начала пристраиваться под бок к спящему.

– Разлёгся… – бурчала она. – Как будто весь лес его!

Странник обречённо вздохнул во сне и повернулся на другой бок, подставляя спину острым Аделькиным коленкам.

Странник и Полудёнка

Солнце окунулось в море, краски его поплыли, растекаясь по воде багрянцем и пурпуром. Море отразилось в небесных зеркалах, и половина свода окрасилась во все оттенки густой киновари

Странник, стол на скале, смотрел на полыхание яростного заката, и отблески гигантского пожара играли на его лице.

Загорелое, теперь оно казалось отлитым из красной бронзы. Он стоял неподвижно и был похож на изваяние, в котором соединились сила и грация, благородное достоинство и созерцательный покой.

Когда краски вечерней зари потускнели, как угли костра, подёрнутые пеплом, он разомкнул скрещённые на груди руки, повернулся и неторопливо начал спускаться вниз, туда, где о подножие каменного монолита разбивалась стихия дикого леса, теперь уже укрытого флёром сумерек.

Странник отдыхал от своей бесконечной дороги, задержался в этом мире, нашёл здесь верных друзей. Впрочем, не только друзей, поскольку мир этот был безбрежен, полон многообразия и опасностей. Но опасности – для других, а для него – едва ли.

Он спускался, то ловко балансируя на кромке обрыва, то прыгая с камня на камень. Скоро покров леса сомкнулся над ним.

Он остановился, когда вышел на небольшую прогалину, заросшую высокой травой. Да, вот здесь и будет его ночлег. Примятая трава приняла его на упругие стебли, тонкие ноздри вздрогнули от мощного запаха земли и травяных соков. Он опустил голову, вдыхая его всей грудью.

Вроде бы ничего не переменилось в окружающем пространстве, но прошли минуты, и нечто коснулось его чувств, заставило слегка насторожиться. Ну да, у самой кромки зарослей белела тоненькая фигурка.