Уравнение Куфу

Однако молодая женщина не подала ему руки, но совсем по другой причине.

– Даже из уважения к своему мужу я никогда не стану с вами здороваться. Вы мне неприятны до рези в печенке. Когда вы оставите Андре в покое? – голос Жаннет звучал гневно и твердо.

Белая, навыпуск футболка и черные брючки, в области пояса рассчитанные на прибавление в семействе, говорили о многом. Живот креолки уже приобретал некую округлость, и Крейс вдруг подумал, что вот такая – с искрой гнева в агатовых глазах, с каштановым локоном волос, упавшим на их красивый восточный разрез, – она выглядит еще привлекательнее.

Втайне Крейс завидовал своему другу, но придерживался жесткого правила: не плюй в колодец, из которого пьешь. Жаннет была супругой его друга. Но если бы она и была свободна, Крейс никогда бы ее не добился, потому что женщина эта была подобна алмазу неграненому.

– Андре дома? – спросил Крейс.

– Дома! – Жаннет плотно сжала губы и твердо добавила. – Вам не место в этом доме и забудьте Андре. – Жаннет указала на выход, но Крейс Митчелл повел себя так, словно все, что ему было сказано, вылетело из другого уха.

– Благодарю! – произнес он и направился к дому. Жаннет в бессилии взмахнула руками. Не кидаться же ей на него с кулаками.

Крейс поднялся на второй этаж, где располагался кабинет друга. Посреди зашторенной комнаты, за небольшим письменным столом сидел Андре. Перед ним, занимая на столешнице половину пространства, стоял ноутбук. Точно раскрывшаяся ракушка, он заливал помещение жемчужным сиянием.

Крейс прочитал в глазах друга страх и оцепенение. Подобная картина напомнила ему распахнувшую капюшон кобру и серую полевую мышь. Внимание Андре, полностью захваченное в тиски неведомой силы, не ослабло даже тогда, когда Крейс обошел друга со спины.

Крейс увидел на мониторе странное графическое изображение. Построенное из некого "совокупления" линий и кругов оно меняло проекцию, плавно вырисовываясь в бутоны нераспустившегося лотоса. Все это показалось Крейсу хорошо знакомым, но память не спешила поднимать занавес над тайной.

А когда на экране возник изумрудно-малахитовый камень, Крейс почувствовал пьянящее головокружение. Его внимание погружалось в цементный раствор неведомой силы. Он заставил себя отвести глаза в сторону.

Что за мистика, черт возьми!

Крейс заново взглянул на картинку монитора, и головокружение с новой силой охватило его. В следующий миг, повинуясь наитию, он наотмашь ударил товарища по лицу.