Хозяин проклятого острова

Да еще сам принц спас тебя в море. Может, это судьба?

– Судьба? – Диана горько расхохоталась. – Скорее уж, проклятье какое-то!

Слова Аньес разбередили душу. В тот вечер Диана долго не могла уснуть. Лежала на тюфяке, смотрела в дырявую крышу и чувствовала, как по вискам, одна за другой, скатываются безмолвные слезы.

Она вспоминала дом, родителей, мужа. В памяти всплывали только хорошие эпизоды из прошлого.

Вот ей дарят машину, а вот – папа везет в Париж на Неделю высокой моды, потому что она так захотела.

А вот она с Игорем на концерте любимой рок-группы. И они целуются, хохоча как подростки. А вот выбирают платье в свадебном салоне, и мама тайком утирает слезы, но радуется.

От воспоминаний щемило сердце. Столько радостей было в ее жизни – больших и маленьких, а она не ценила. Принимала как данность. Любовь, деньги, власть. Все давалось легко, без усилий. Любые двери открывала фамилия отца.

Теперь у нее нет ничего. И баночка с гусиным жиром, такая крошечная, что легко помещается в ладони, греет сердце больше, чем долларовый счет, оставшийся в том мире…

Диана снова и снова возвращалась к тому моменту, когда Игорь столкнул ее в воду.

И с каждым разом ей все больше казалось, что он сделал это нарочно.

Только зачем?

Ответа по-прежнему не было. Но чувства к мужу стали сумбурными. Она тосковала по нему, все еще любила. И в то же время постепенно забывала его.

Образ Игоря начал тускнеть в ее воспоминаниях. Он уже не вызывал прежних эмоций, словно забытый кем-то портрет, присыпанный пылью.

И с каждым днем слой этой пыли становился все толще…

***

Джерард легко сбежал по сходням и ступил на твёрдую землю. В груди привычно защемило, когда он обвел взглядом деревню и властвующий над ней замок.

Этот миг капитан “Бурерождённого” любил так же, как и миг выхода в море. Гомон толпы, приветственные крики, запах моря и рыбы… Все было почти родным и привычным.

Но сейчас его радость омрачали воспоминания о женщине, которую он выловил из воды.

Прошло уже две недели, а он по-прежнему чувствовал ее взгляд.

Как в тот раз, когда спускался по сходням, а она стояла на палубе и сердито сверлила глазами его затылок.

Тогда он ушел, ни разу не оглянувшись. Испугался чувств, которые взбаламутила в нем незнакомка. Ему настолько сильно хотелось обернуться, поймать ее взгляд и утонуть в синих глазах, что он счет это за колдовство.

Не могла эта Диана, или как её там, за несколько часов так глубоко запасть в душу.