Мерцание страз

Занимались с Настей и тренер по плаванию, и тренер по гимнастике, ну и конечно же человек из балетных – главный хореограф Кот. Прошлое его было покрыто мраком и постепенно, чем хореограф становился популярнее, обрастало всё новыми и новыми легендами. Всё такой же не старый, как бы законсервированный, вечно небритый стройный мужчина с плавными кошачьими движениями, он никогда не шёл просто как все остальные смертные – всегда казалось, что он бесшумно крадётся. На новогодних ледовых представлениях он всегда выходил в образе Кота.

Заодно с Настей он сносно научился скользить, делать дорожки и даже крутить твизлы всинхрон. Часто он ночевал в Ледовом дворце, у него там был свой кабинет. Но этот загадочный хореограф жил и ещё где-то, может даже ещё в нескольких местах, во всяком случае, его часто вечерами видели в барах и ресторанах, и всегда одного. Лиза уверяла, что после бара он менял внешность, поэтому никто и не знал, где он живёт – ну кончено же это была шутка, Кот становился частым героем мемов, просто он был некому неинтересен вне ледового дворца, он был приложением к Насте и другим фигуристкам, он никогда не светил фейсом у бортика и в микст-зоне, но соцсеть вёл постоянно, и причём не с выгодной для своего реноме стороны – показывал себя не в лучшем свете, а рожи строил для фото страшные, выглядел на фото намного старее, не использовал фильтры. Поговаривали, во всяком случае, так утверждала Лиза, что папа Насти нашёл Кота абсолютно случайно под каким-то петербургским мостом, в какой-то канаве или даже канавке в плачевном и даже непотребном виде. Он вышел, а точнее выполз из этой самой канавки и ходил-побирался среди ночных туристов, жалуясь на судьбу: он, бывший артист, солист Мариинского театра, пал жертвой интриг и уволен за профнепригодность. Тогда Кот больше походил на бомжующего кота и без стеснения выкладывал позорные фото того своего непростого периода в сеть, предаваясь мучительным для подписчиков воспоминаниям, занимаясь то ли смакованием того отрезка жизни, то ли самобичеванием. Как папа Насти, тогда ещё не мэр, а просто член администрации Шайбы разглядел в этом опустившемся человеке аристократизм, джентльменство, лоск, достоинство, в общем, всё лучшее человеческое, да ещё к тому же и танцовщика, и талантливого преподавателя, совершенно неясно, и уже никогда не узнать, потому что об этом Кот никогда не писал в сети, наверное как истинный джентльмен.