Красавица

В следующий миг все фигуры стали занимать новые места без посторонней помощи, скользя по доске, словно затянутые в торнадо, а затем победитель протянул ладонь, пожимая руку своего соперника и улыбаясь ему.

– Ч-что? – запнулась Пиппа. – Что произошло?

Селина тоже вытаращилась, не веря своим глазам.

– И самое главное, как? – добавила она.

– Нечему так поражаться, – отозвалась Одетта с усмешкой. – Это простой трюк для опытного фокусника.

Пиппа покосилась на нее, вскинув вопросительно брови.

– Вы имеете в виду… магию?

– В каком-то смысле, – кивнула Одетта.

 – Это место, где оккультные студенты, – она замешкалась, подбирая подходящее слово, крутя руками в воздухе в такт своим мыслям, – собираются вместе.

– Вроде игорного дома для магов? – Сомнения отразились на лице Селины, когда она продолжила снимать мерки с рук и плеч Одетты.

– Я бы не назвала нас магами, – ответила та. – Мы предпочитаем, когда нас называют иллюзионистами или менталистами.

Пиппа кивнула.

– Я видела представление менталиста однажды, недалеко от Лондона.

Он превратил воду в чернила, а букет лилий в стаю голубей. – Она сделала паузу. – Члены вашего общества тоже дают представления?

– Некоторые – да. – Одетта подняла плечо, получив молчаливый укор от Селины. – Однако большинство из нас предпочитают просто встречаться здесь, чтобы отточить свое мастерство. – Пауза. – Благословение, что у нас есть подобное место. Были времена, когда все было совсем не так… – Лицо Одетты посуровело, и голос стих.

А затем она лукаво улыбнулась.

Селина дышала осторожно, пока снимала мерки, а ее тревога нарастала с каждой секундой. Что-то в объяснениях девушки ее смущало. Знакомое чувство. Тот вид объяснений, который давала Селина в последнее время, – лишь скелет настоящей правды.

– Какого рода менталист вы сама? – спросила она непринужденным голосом.

– Того, который предсказывает будущее. – Одетта произнесла слова, точно это был общеизвестный факт. – В древности нас называли звездочетами, однако посвященные в тайну в этих кварталах зовут нас прорицателями.

Пухлые губки Пиппы раскрылись от удивления.

– Получается, вы уже знаете все, что только случится? Все, что я сделаю или скажу? – Она покосилась по сторонам с очевидным волнением. – Даже то, что я думаю или чувствую?

Одетта покачала головой.

– Я лишь знаю, что может произойти, в зависимости от решений, которые вы примете.

– Просто… – Пиппа сглотнула, – взглянув на меня?

– Нет.