Раскол

Тихонько поднявшись с постели, он направился к детской, стараясь ни на что не наткнуться в темноте. Дверь была полуоткрыта, но лежал ли ребенок в постели, Роберт разглядеть не мог. Внезапно его охватило ощущение, что мальчика в комнате нет, и он бросился к детской кровати.

Кьяртан мирно спал в своей постели, и Роберт испытал невероятное облегчение. Все, слава богу, в порядке.

На цыпочках он вернулся в спальню. И в тот самый момент Роберт услышал какой-то звук за окном.

Занавески были задернуты, так что Роберту оставалось полагаться лишь на свой слух.

Ну да, на улице действительно кто-то есть.

Бросив взгляд на крепко спящую Сюнну, Роберт подошел к окну, осторожно отодвинул занавеску и выглянул наружу.

Он не сомневался, что кого-то увидит, но все же испытал немалое удивление.

Посреди сада стояла одетая в черное фигура. На ней было некое подобие плаща с наброшенным на опущенную голову капюшоном, а лицо она – или он – прикрывала руками.

Роберт словно к месту прирос – его сердце на мгновение остановилось, а потом снова заколотилось с бешеной скоростью.

Единственное, что он испытывал в тот момент, был неописуемый ужас.

Он невольно закрыл глаза, пытаясь убедить себя, что воображение сыграло с ним злую шутку, а когда снова их открыл, фигура в черном по-прежнему стояла за окном.

Роберту показалось, что она смотрит на него в упор, – неужели все дело в его неуемной фантазии?

Секунды тянулись, словно вечность; Роберт постарался взять себя в руки и думать логически, хотя больше всего ему хотелось распахнуть окно и наброситься на это проклятое существо.

Однако он понимал, что таким образом он лишь разбудит Сюнну и Кьяртана.

Фигура в черном по-прежнему неподвижно стояла в саду.

Тогда Роберт выскользнул из спальни, поспешил к входной двери и попытался отпереть ее как можно тише. Повозившись с чертовой цепочкой, он выбрался наконец наружу и бросился в сад. На все ушло не больше минуты, но и этого оказалось достаточно – теперь в саду не было ни души. Роберт огляделся по сторонам, но никого не увидел.

Лишь калитка старого кладбища Хоулаветлир, что располагалось через дорогу, слегка покачивалась, будто кто-то совсем недавно ее открывал.

В голове у Роберта мелькнула мысль броситься в темноту и как следует обследовать территорию кладбища, но он прекрасно понимал, как легко запутаться в этом лабиринте, да и отдаляться от своего жилья было теперь не совсем разумно.

Лишь снова оказавшись в доме, он почувствовал, что весь дрожит.