Под знаменем Быка

Лоренцо гордо вскинул голову.

– Не понимаю вас, ваша светлость.

– Я разрешаю тебе лично сообщить мадонне Бьянке о том, что ее отец тяжело заболел.

– А зачем, ваша светлость? – Лоренцо не нравилось, что герцог держит его в полном неведении.

– Во-первых, это наш христианский долг, а во-вторых, – герцог понизил голос и вновь улыбнулся, – разве тебе не нравится мое поручение? Если нет, ты так и скажи, я найду другого посыльного.

Сбитый с толку, но явно заинтригованный, кондотьер поклонился.

– Я благодарю вашу светлость.

Герцог кивнул.

– Когда вернешься, сразу зайди ко мне. Возможно, ты мне понадобишься для другого дела, – и с тем отпустил его.

Час спустя Кастрокаро вновь вошел, а скорее, вбежал в библиотеку дворца.

– Мой господин, – голос его вибрировал от волнения, – я передал ваше послание и вернулся с просьбой о милости. Мадонна Бьянка умоляла меня выдать ей письменный пропуск, дабы делла Вольпе не чинил ей препятствий, и она смогла проехать в Сан-Лео, ибо надеется, что ее уход и забота вырвут отца из объятий смерти.

– А ты? – резко спросил герцог, брови его грозно сошлись у переносицы.

Лоренцо опустил глаза.

– Я ответил, что не в моей власти дать ей такой пропуск, но… пообещал испросить его у вас. Ибо знаю, что в такой ситуации вы не станете мешать воссоединению отца и дочери.

– Тебе известен мой вчерашний приказ, и с обещанием ты поторопился. На пути к славе обещания еще никому не помогали. Учти это на будущее.

– Но она в таком горе! – протестующе воскликнул мессер Лоренцо.

– Это мне понятно, – покивал герцог. – А потому говорила с тобой, как побитая собачонка, смотрела преданным взглядом, да еще поднесла чашу сладкого вина. И ты не смог устоять перед ее просьбой.

От Чезаре, пристально наблюдавшего за кондотьером, не ускользнуло, как дрогнули его ресницы, когда он упомянул о вине. Теперь он знал наверняка, что эликсир использован по назначению.

– За мной следили? – возмутился Лоренцо.

Борджа пренебрежительно повел плечами, оставив вопрос без ответа.

– Ты можешь идти, – отпустил он своего кондотьера.

Но мессер Лоренцо, пребывая в воинственном состоянии, не двинулся с места.

– А как же разрешение для мадонны Бьянки?

– Есть веские основания для того, чтобы ни один человек не мог попасть в Сан-Лео, – холодно ответил герцог. – И, несмотря на твое обещание, я вынужден отказать тебе. Таковы законы военного времени. Чувства отступают перед жизнен ной необходимостью.