Зов со дна любви

– Ты ответила едко: «Уж не ты ли?»

– Да-а? Вот теперь вспомнила. Но я не знала же, что это твоя записка, и почерк там был

какой-то непонятный, вроде как левой рукой писали.

– Ага! – обрадованно воскликнул Тим. – Ты даже на почерк обратила внимание. Значит, все ты помнишь, а только притворяешься.

– Может, и так, – уклончиво сказала девушка, посмотрев Тиму в глаза и загадочно улыбнувшись.

– И как нужно понимать твой ответ «Уж не ты ли?»

– А как ты сам его понял?

– Я сомневался между «я и не я», но больше склонялся ко второму варианту.

– Ну и дурак!

– А какой же правильный ответ? – с замиранием в сердце спросил Тим.

– Противоположный, – твердо ответила Белла.

Парень с девушкой одновременно соскочили с оконных рам на землю.

– Это что же получается, что мы сейчас признались друг другу в любви, – произнес парень.

– Получается, что так, – подтвердила девушка.

– Я знаю, что делать.

– Что?

– Целоваться.

Тим обнял любимую девушку и приблизил свои губы к ее, она ответила ему неумелым движением своих влажных губ.

Это был первый поцелуй в жизни Тима и в жизни Беллы, нужно полагать, тоже.

После обоюдного признания в любви Тим и Белла стали неразлучны, как сиамские близнецы. Они всюду ходили вместе. Тим встречал девушку утром на дороге, проходившей возле его дома, и они, взявшись за руки, вместе шли в школу.

На уроках в школе они тоже теперь сидели рядом – Тим перетащил Беллу на свою последнюю парту, выселив оттуда гитариста-барда Шмеля, с которым посещал баскетбольную секцию. Помимо своего любимого футбола Тим всегда занимался еще в какой-нибудь параллельной спортивной группе.

Классная руководительница Людмила Карловна, привыкшая, что Белла Ветрова сидит у нее под носом, была категорически против переселения своей любимицы на «камчатку». Но ничего с этим поделать не могла и пожаловалась директрисе. Собирался даже специальный педсовет с повесткой «Моральный облик советского школьника». Однако все безрезультатно, разлучить влюбленную пару было невозможно.