Четки

Полицейская молчала, хотя периодически поглядывала на него, словно хотела о чем-то спросить. Сдерживалась.

Кабинет располагался в подвале дома, удаленного от Барьера не более чем на сто метров. Дальше были только низкие дома бедняков и отбросов общества. Последние несколько метров до Барьера избегали даже бездомные собаки. Коммуникаторы теряли связь, навигация сходила с ума. Это был небезопасный район. Юдита нажала звонок, через мгновение нажав снова. Когда где-то внутри звякнуло разбитое стекло, она непроизвольно потянулась к спрятанной под курткой кобуре.

Звук не повторился. В стальных дверях открылось маленькое окошко, и показалась камера. Сканер проверял их ID-чипы.

– Кого ты притащила? – грубый голос был искажен плохим динамиком.

– Того, кого мы искали, – ответила она.

Динамик щелкнул, окошко закрылось. Заскрежетал замок, и двери приоткрылись настолько, чтобы они смогли протиснуться в мрачное нутро. Электрический привод закрыл двери, как только они оказались внутри. Это не было похоже на врачебный кабинет, разве что владельцем был доктор Франкенштейн.

Тусклый свет, исходивший от стоящей в углу лампы, освещал только контуры окружавших их вещей, и этого хватило, чтобы заметить, что медицинское оборудование было не только самого низкого класса, но и в ужасном состоянии. На некоторых мониторах не хватало корпусов, кабели обмотаны изолентой.

– Я как-то начинаю серьезно сомневаться, – буркнул Харпад.

– Я не буду вас резать, – произнес низкий седой мужчина пятидесяти лет, разглядывая его из-за толстых стекол очков.

Заляпанный комбинезон, несмотря на белизну ткани, больше подходил бы для слесарной мастерской. – Обследование не инвазивное, – добавил он, – если только вы не считаете проникающие в ткани лептоны – инвазией.

– Постараюсь не подхватить какое-нибудь дерьмо от одного взгляда на это, – продолжал ворчать нюхач.

– Пришли результаты, как только закончишь анализ, Соул, – полицейская повернулась к дверям. – Я свяжусь с вами завтра перед обедом.

– А возвращаться я должен сам?

Она смерила Харпада взглядом, в котором мелькнуло что-то вроде замешательства – он не смог точно определить эмоцию.

– Вызовите машину. Она будет тут через пять минут.

– А через пятнадцать тоже будет?

Двери за ней закрылись. Харпад остался один на один с Соулом, который все еще с любопытством смотрел на него.

– Можем начинать? – спросил нюхач.

– Можем, – ответил врач. Он не двинулся с места, все еще глядя на Харпада.

– Ну, тогда начинаем.