Аферистка по призванию. Книга I

Это в марте над Питером?

– Где я? – выдохнула она в полном ступоре.

Закрыла глаза, искренне молясь, что все это привиделось. Открыла.

Нет, базар никуда не исчез. Больше того, Кира наконец-то осознала, что на ней самой чужая одежда: не белая блузка и юбка-карандаш, в которых утром пришла на работу, а узкие кожаные штаны, зеленая рубашка до середины бедра и кожаный приталенный жилет. А вместо офисных “лодочек” на ногах сапоги с высокими голенищами.

Да и волосы, спадающие с плеч, никак не могут ей принадлежать.

Бородач нагнулся и гаркнул ей прямо в лицо:

– Вставай! Живо!

И тут же, словно поддакивая ему, из-за спины донесся топот нескольких ног и угрожающее металлическое бряцанье.

Кира потрясла головой.

Происходящее казалось бредом. И брусчатка, и солнце, и резкие незнакомые запахи, и шумящая толпа вокруг, разодетая так, словно сошла со страниц исторического романа.

Взгляд упал на руки, которыми она упиралась в землю. Чужие руки…

Затаив дыхание, Кира поднесла ладони к глазам.

Где ее французский маникюр? Где кольца? Куда делся шрам, полученный еще в раннем детстве?

Разум твердил, что такого не может быть. Просто потому что не может! Но глаза и уши уверяли, что это действительность.

Она на всякий случай ущипнула себя. Боль была настоящей. Как, впрочем, и та, которая угнездилась между лопаток.

Бородач выругался, помянув неизвестных Кире существ, схватил ее за руку и потащил за собой.

– Кто вы? – возмутилась она и попыталась вырвать руку, да не тут-то было. – Где я? Что происходит?

Бородач хоть и оказался ей ростом по грудь, но справиться с ним она не смогла.

– Бежим! – рыкнул он недовольно. – Или тебе огневик все мозги отшиб?

– Огневик? – Кира сделала еще одну попытку притормозить и уперлась пятками в землю.

– Который сейчас нас добьет!

И в этот момент рядом с плечом что-то тоненько свистнуло.

– Пригнись, дура! – взвыл бородач. – Хочешь, чтобы тебя поджарили?

Не в силах поверить в происходящее, Кира шарахнулась в сторону вслед за своим провожатым. А мимо пронесся целый рой непонятных сияющих штуковин. Штуковины едва не задели ее, дав почувствовать исходящий от них жар, и рассыпались искрами над дорогой.