Спасённый генофонд

Среди них Миран различил голову Лазаря.

– Что стоишь Вартан? Спасайся! Турки совсем рядом! – крикнул брат на ходу.

Миран с тревогой посмотрел на отца. Тот медлил.

– Миран! Быстро сбегай туда.

– Куда отец?

– Ты знаешь это место.

Миран догадался о чём идёт речь и хотел было броситься выполнять приказ отца, но мать резко отдёрнула его.

– Стой! Всё равно не успеем. Раньше надо было об этом думать, Вартан. Вместо того чтобы ходить записываться в ополчение сам бы достал спрятанное.

Жена Вартана, даже будучи многодетной женщиной, всегда отличалась практичностью. Это было одной из характерных черт для жителей Вана. Если уж любить то всех одинаково, никаких любимчиков и фаворитов и говорить правду хоть самую горькую то прямо в лицо, без обиняков.

Вартан виновато опустил голову.

– Ну как же мы теперь без него? Едем ведь в неизвестность.

– Всё, что было дома я зашила в свою одежду, – ответила практичная женщина и постучала гулко по поясу.

– Ладно, поехали, с Богом.

Уже достаточно отъехав от дома и, присоединившись к обозу русской армии, Миран тоскливо посмотрел на родное озеро. Воспоминания счастливого детства хлынули наружу. Он вспомнил, как они плескались всей детворой, а их матери стирали одежду в солёной воде. Прощайте счастливые годы, мы покидаем Ван навсегда.

Первопрестольный город Эчмиадзин притягивал беженцев со всей Западной Армении. Испокон веков религиозный центр армян считался надёжным убежищем.

Беженцы прибывали и прибывали, и скоро все свободные пространства вокруг города и его церквей заполнились. Скопления тысяч бездомных, неустроенных людей скоро стало невыносимым. Запасы еды и воды таяли, горы мусора появились повсюду, и ужасная вонь от испражнений людей и животных распространялась далеко вокруг.

Возникшие антисанитарные условия и жара способствовали вспышке эпидемий тифа и холеры, которые стали косить народ. Неизбежный падёж скота только усугублял положение. Священнослужители как могли помогали людям, но что они могли поделать с тысячами обездоленных и голодных оставшихся без крова и элементарных условий проживания.