Колумб

В высоком росте, красивой осанке, выбритом лице с волевым подбородком и орлиным носом он увидел силы не только физические, но и духовные. Но особенно поразили приора глаза незнакомца, большие, серые, ясные, как у пророка или колдуна, чей немигающий взгляд редко кто мог выдержать. Узел с вещами он опустил на каменную скамью у ворот. Не укрылась от приора и скромная одежда мужчины. А позади него стоял мальчик, для которого мужчина просил хлеба и воды, настороженно глядя на приближающегося монаха с требником в руке.

Дон Хуан шёл не торопясь, кругленький толстячок в серой рясе, с длинным бледным лицом, добрыми глазами и толстогубым ртом. Он приветствовал незнакомца улыбкой и латинской фразой, чтобы проверить, во-первых, его учёность, а во-вторых, веру, ибо орлиный нос над полными, чувственными губами мог принадлежать и нехристианину.

– Pax Domini sit tecum[1 - Да пребудет с вами мир Господень (лат.)].

– Et cum spiritu tuo[2 - И с твоим духом (дат.)], – ответил незнакомец, чуть склонив гордую голову.

– Вы путешественник, – в голосе приора не слышалось вопроса.

– Путешественник. Только что прибыл из Лиссабона.

– Куда лежит ваш путь?

– Сегодня я хотел бы добраться только до Уэльвы.

– Только? – удивлённо поднялись густые брови фрея Хуана. – До неё же добрых десять миль. А скоро ночь. Вы знаете дорогу?

Путник улыбнулся.

– Это не проблема для того, кто привык находить путь в океане.

Приор уловил в голосе нотку тщеславия и задал следующий вопрос:

– Вы – опытный мореплаватель?

– Судите сами.

Приор глубоко вздохнул и ещё пристальнее вгляделся в мужчину, пытаясь убедиться, что перед ним не хвастун. Удовлетворённый увиденным, он вновь улыбнулся.

– То есть вы побывали на границах мира.

– Вернее, известного нам мира. Но не действительного мира. До тех границ ещё плыть и плыть.

– Как вы можете это утверждать, никогда не видев их?

– А как вы, святой отец, утверждаете, что есть рай и ад, никогда не видев их?

– На то есть вера и богооткровение, – последовал суровый ответ.

– Совершенно справедливо. В моём случае к вере и богооткровению добавляются космография и математика.

– А! – В глазах вспыхнула искорка интереса. – Проходите в ворота, сеньор, во имя Господа. Тут сквозит, да и вечер сегодня прохладный. Закрой ворота, Инносенсио. Прошу вас, сеньор. Окажите нам честь, воспользуйтесь нашим скромным гостеприимством.