Колумб

Рассмеялась и маркиза.

– Я не пошевелю и пальцем, чтобы помешать тебе. Он мечтает о море, а раз я хочу ему добра, то мечтаю, чтобы он вышел в море. К этому мы и будем стремиться.

Она говорила так искренне, что Кабрера решил, что лучше всего свести стычку с женой к шутке. Но не удержался от последней шпильки.

– Едва ли он ждёт выхода в море столь же страстно, как я. Мне кажется, у него есть и другие интересы на берегу.

Разговор этот не пропал впустую, ибо два или три дня спустя Сантанхель подошёл к Колону на одной из галерей Алькасара.

– Выясняется, что у вас больше друзей, чем вы могли ожидать. Кабрера чуть не поссорился с королём, убеждая его принять решение в вашу пользу. Теперь вы можете оценить мудрость моего совета – быть осмотрительнее с очаровательной маркизой. Отсюда и результат – участие Кабреры в вашем проекте.

– Он просто хочет побыстрее избавиться от меня, – саркастично ответил Колон. – Но если он лишь рассердил его величество, то какой мне от этого прок?

– Меня послала к вам королева.

Кабрера говорил с ними обоими, и её величество сегодня утром просила заверить вас, что дело скоро сдвинется с места. Столь долгая задержка вызвана лишь тем, что война в самом разгаре, да тут ещё король Франции добавил нам забот.

– Дьявол его побери.

– Это ещё не всё, – лицо казначея посуровело. – Торквемада требует принятия закона об изгнании всех евреев из Испании.

– Пусть сатана лично поджарит его на костре.

Сантанхель сжался в комок.

– Ш-ш-ш! Ради Бога! Людей сейчас сжигают и за куда меньшие прегрешения.

Горячностью тут не поможешь. Терпение. Терпение – наше единственное оружие.

– Терпением я сыт по горло. Сколько же можно ещё терпеть!

Но потерпеть пришлось. Король и королева покинули Кордову, держа путь в Гранаду. Двор последовал за ними, Колон – за двором. Сначала в Севилью, потом – на зиму – в Саламанку, где Колон приобрёл нового и очень влиятельного друга – доминиканца Диего Десу, приора монастыря святого Эстебана, наставника юного принца Хуана.

Неподдельный, искренний интерес Десы к его проекту оживил уже начавшие угасать надежды Колона. Своим авторитетом Деса поддержал тех друзей Колона, что по-прежнему уговаривали их величеств дать согласие на экспедицию в Индии. И возможно, добились бы своего, но вспыхнувший в Галисии мятеж заставил правителей Испании забыть обо всём другом.

В отчаянии от этой новой задержки, Колон заявил, что все легионы ада ополчились на него, чтобы не дать выполнить волю Господню.