Ловушка для Дюпюитрена

Хромая от боли, вскрикивая, весь в крови, он с трудом продирался сквозь испуганную толпу, размахивая для равновесия многострадальным портфелем. Те, кто видел, что он им натворил, верещали от страха при его приближении, усиливая панику. Люди метались в разные стороны, сталкивались, падали. Издалека послышался быстро приближающийся рев сирен звериного стада пожарной охраны, милиции и скорой помощи.

Стайка тинейджеров, привычно сбившись в плотную кучку футбольных фанатов, щелкая фотоаппаратами сотовых телефонов, рыцарской свиньей протаранилась сквозь толпу, проложив просеку из тел пострадавших, как после ледового побоища.

Попал под этот каток и Зевакин.

Очнулся в больнице с загипсованной ногой и перебинтованным лицом.

– Где я, люди? – прошептал он сухими губами. Никто не откликнулся. Голова гулко гудела чугунным колоколом. В ушах шипел сиплый шепот песка после каждого сокращения сердца.

Снаружи доносилось мерное ритмичное шелестение аппарата искусственной вентиляции легких у соседней кровати.

Там лежало чье– то закрытое полностью тело без малейших признаков жизни.

«Больница, – облегченно догадался Зевакин, – хорошо, что не тюрьма. Что же за день сегодня такой, нескладный какой-то.

Как же это я его так неловко огрел! – пожалел погубленного им человека Зевакин. – Ну, наступил мужик случайно на ногу. Так не со зла, наверное? С кем не бывает? Еще с собой позвал. Ему, наверное, выпить не с кем было после кладбища? А я, болван, не удержался и шарахнул его до смерти. Перетерпеть надо было.

Как же это я только умудрился? Замочком что ли голову пробил? Или уголком портфеля попал!? Наверное, он в детстве мало каши ел и творога. Лобная кость, как яичная скорлупа, и разлетелась от остеопороза. Стеклянный человек под горячую руку попался.

Вот всегда со мной так, – самоуничижительно подумал он. – Однажды комара прихлопнул на голове Оксаны, так чуть заикой не сделал бедняжку, – вспомнив жену, загрустил Зевакин. – Как же она так поступила со мной? Спуталась с каким-то мафиозником.

Из высоких кругов.

А я-то этого гада еще хоронить помогал».

Ему вдруг показалось, что он догадался о возможных мотивах этого непонятного поступка умершей супруги.

«А!? Это же она для меня сделала! Когда узнала, что заболела онкологическим заболеванием.

Меня тогда в длительную командировку неожиданно отправили. В Арктику. На ледокол. Даже разрешение на развод письмом послал. Сам не смог приехать. А она сгорела буквально за несколько месяцев.