Клинок ведьм

Но Руа не знала, как выжать из себя что-то большее – Реми хоть и приходилась ей сестрой, но она была чужая.

Руа оглянулась на нового короля Севера. Ренвик смотрел на закрытую дверь, за которой секунду назад скрылись леди Маллен и лорд Фредерик.

– Что с тобой? – усмехнулась Руа, вырвав Ренвика из транса. – Выглядишь так, будто призрака увидел.

Она не могла представить Ренвика, окруженного детьми. Казалось, ему было так же неловко с ними, как и ей в собственной семье. Но что до детей – в селениях, где росла Руа, было много ведьм.

И самые маленькие из них были единственными, готовыми разговаривать с ней. Так что она сама соглашалась присматривать за ними, пока их родители работали.

Потревоженный ее ремаркой, Ренвик отвлекся от мыслей и снова вернулся к еде. Воткнув вилку в ломтик жареной картошки, он аккуратно разломал его на кусочки, прежде чем отправить один в рот. Руа фыркнула: манеры! Она подцепила ножом большой кусок картофеля и запихнула его за щеку целиком, ухмыльнувшись Ренвику.

Тот в ответ только закатил глаза.

Лорд Омерин улыбался, глядя на них.

– Должен сказать, вы двое – довольно странная парочка.

Руа скосила на него глаза и проговорила с полным ртом картошки:

– Мы вовсе не пара, лорд Омерин.

Лорд Бруфдорана просто пожал плечами. Он снова глянул на Ренвика, и его щеки порозовели.

– Я всегда рад видеть вас в моем замке, принцесса Высокой Горы.

* * *

Чьи-то руки толкнули ее, она разбила колени о каменный пол. В комнате воцарилась тишина.

Все затаив дыхание наблюдали, как с ее головы сорвут красный капюшон. «Они не знают, кто я. Я умру ведьмой». Руа заглянула в карие глаза с зелеными прожилками, так похожими на ее собственные. Старшая сестра была почти точной копией Раффиела.

Она не успела изучить Реми как следует – кровь брызнула ей в лицо, раздался крик. Лицо Реми исказилось от ужаса, когда голова Аланы покатилась по полу. Она никогда не любила Руа, считала, что одно ее присутствие сулило несчастье. Когда она увидела, как губы Аланы все еще шевелились, а голова катилась по полу, ее затошнило.

Она снова ощутила меч, еще один смертельный удар по тому, кто был рядом. Лезвие вонзилось в шею Дрейга, мужа Аланы. Кровь хлынула из раны, она лилась и лилась, пока не промочила штаны у Руа на коленях.

За приближением ее конца следило все Северное королевство, все были в восторге. Сколько людей радовалось, когда убивали ее родителей? Она содрогнулась – настала ее очередь умереть.