Курсант. Назад в СССР 6

Чуть людей не покалечил…

* * *

Полдень следующего дня. УВД города Новоульяновска.

– Зачем вы сбежали от сотрудников милиции? – Горохов сверлил взглядом хрупкую фигуру, вжавшуюся в стул.

– Я не знаю, – всхлипывала беглянка Лида.

Ее накануне вечером задержал Погодин, пряталась она у своей сестры. Ума не хватило укрыться получше.

– Я испугалась, что меня посадят. Испугалась.

– Если вы не виноваты, то вам нечего бояться, – Горохов незаметно кивнул Свете.

Та, приняв знак, встала и подошла к задержанной:

– Успокойтесь, Лида.

Мы все хотим только одного, чтобы убийца Глеба Львовича понес наказание по заслугам. А сейчас мы с вами побеседуем.

Лида затравленно подняла глаза. После ночи, проведенной в КПЗ, она казалась совсем сломленной.

– Наедине поговорим, – Света многозначительно обвела нас всех взглядом.

Мы все поняли и вышли из кабинета. Минут сорок слонялись по коридору УВД. Следователь уже даже ворчать начал, что, мол, Светлана Валерьевна хватку теряет, раньше ей хватало и двадцати минут с задержанными побеседовать, чтобы те признались во всем.

Наконец, дверь распахнулась, и на пороге появилась Света. Она вышла в коридор и, прикрыв за собой дверь, потихоньку проговорила, собрав нас в кружок.

– Личность она неоднозначная. Психика неустойчива. Морально-нравственные ориентиры хоть и четкие, но присущ циклотимный тип акцентуации характера.

– А по-русски, Светлана Валерьевна? – поморщился Горохов. – Я эти ваши научные ругательства не понимаю.

– Да, простите, мне так легче думать.

Другими словами, сегодня она один человек, жизнерадостный и веселый, а завтра или через месяц, или через час даже – совсем другой. Депрессивный и злой. Причем смена настроения происходит без всяких видимых причин.

– Она что? – округлил глаза Катков. – Ненормальная? Ее в дурку надо.

– В психиатрии такой тип акцентуации не является отклонением, – задумчиво проговорила Ожегова. – Но это осложняет мне работу…

– Вы просто скажите, Светлана Валерьевна, – запыхтел Горохов.

 – Могла она в силу своих этих самых сдвигов убить Дубова.

– Теоретически могла, но не факт…

– Вот обрадовали, – Никита Егорович поскреб макушку и ослабил галстук. Хотел вытереть им лоб, но вовремя опомнился и выпустил его из рук. – А нам-то что прикажете делать? Отпускать?

– Пока да, – кивнула Света. – Тем более, оснований держать ее нет, не так ли?

– Да я и без вас это знаю, – вздохнул Горохов. – Отпустим. Под подписку о невыезде.