Курсант. Назад в СССР 5

– Время уже не рабочее, – пробурчал мужик за дверью.

– А аварии, гражданин жилец, не по графику случаются. Откройте, если не хотите пострадать от утечки. На соседнем участке квартира рванула так, что в живых остался только попугай. И то потому, что его еще не успели купить и принести из зоомагазина.

– Поздно уже. Не открою, – заявил бесстрашный жилец, которого судьба попугая никак не вдохновила.

Мы ретировались за угол на мини-совещание.

– Раз не открыли, значит, в квартире прячут что-то, – суетился молодой следак.

– Что делать-то будем? – чесал репу Погодин. – Как внутрь попадем?

– Конечно, – поморщился я. – Дядя Вася никак на газовика не похож. В плечах сажень, морда, как кирпич, и ростом с дядю Степу. Вот и не поверил ему жилец.

– Может, ты попробуешь? – обратился ко мне следователь, озадаченно зажевав нижнюю губу. – Поаккуратнее как-то поговорить. Издалека.

– Ага, – усмехнулся я. – Скажу, что из ЖЭК-а, что соседей топите.

– Да, – кивнул “Перепелица”.

– Ну так а что мы голову ломаем? Дверь надо ломать, а не мозги…

– Подожди, – остановил меня Погодин. – Попробуем официально.

Он снова позвонил в дверь, в довесок для пущей настойчивости постучал кулаком по дерматину и прокричал в замочную скважину:

– Граждане Агавеляны! Откройте! Милиция.

Бум! Бум! Бум! – барабанил Федя по дери, показывая всю мощь советской милиции.

За дверью снова раздалось шарканье тапочек. В этот раз более энергичное. Глазок снова потух и оценивал нашу гоп-компанию. Признаться, на работников милиции мы слабо походили. Хоббит-следак с пронырливыми глазами. Пара поджарых парней (мы с Погодиным), напоминающие хулиганов городских джунглей. И громила дядя Вася, больше похожий на Франкенштейна, чем на советского милиционера.

В общем, товарищи армяне, естественно, нам не поверили и дверь не открыли. А даже если бы и поверили, и им есть что скрывать, то тоже бы не открыли. Эх… Жаль, что свидетели Иеговы еще не народились в Союзе. Так бы ими можно было притвориться. Этим блаженным почему-то всегда все открывают. Потому что знают, что если затихариться и не открыть, то паства будет приходить вновь и вновь, пока не добьется вашей аудиенции, чтобы донести слово божье.