Курсант. Назад в СССР 11

Спустя полчаса Света вышла из ванной, а я уже снова пялился в зеленый томик.

– Ты мне расскажешь, что там такого нашел? – обёрнутая широким полотенцем, она выглядела очень соблазнительно, мне вдруг захотелось снова скинуть с кровати Светлицкого, но я сдержался, нужно было срочно рассказать о результатах своих изысканий Свете – и Горохову.

– Портного убил трактирщик, – задумчиво пробормотал я. – Тот ему задолжал. Не то, что бы не мог долг отдать, просто рассорился с ним и замылил деньги.

– Чего? – нахмурила изящные брови Света, вышагивая по комнате в мою сторону и сверкая бронзой обнаженных ножек.

– Короче… Я сейчас все тебе объясню.

Света слушала молча, с интересом, по мере моего рассказа брови ее поднимались всё выше, а взгляд становился всё задумчивее.

– А ты не думал, что этот самый писатель сам всех убил? – спросила она, когда я закончил пересказывать всё прочитанное и надуманное.

– Конечно, думал… – почесал я в затылке. – Но зачем ему это? Что за блажь?

– Ну не знаю… Может, он таким образом вдохновляется? Музу подстёгивает?

– Подожди, но тут тогда последовательность другая должна быть – убил, а потом роман по мотивам написал.

Света кивнула, но как будто бы нехотя.

– Ну, я все равно бы не исключала из подозреваемых Светлицкого. Он, кстати, уже не так популярен, как был буквально еще пару лет назад.

– Ты что, знакома с его творчеством? – удивился я.

– Да у нас авторов детективов, по которым фильмы снимали, раз-два и обчелся. Он был одним из них, а теперь кино, насколько я знаю, по его книгам уже не снимают, говорят, он ударился в рассказы, мол, собирается с силами перед большой прозой, строгает рассказики и размышляет над грандиозным романом. Три года уже думает и не выдает новинки.

– Ну, три года для написания бессмертной классики – не срок, – хмыкнул я. – Но да, ты права, он так растеряет популярность и аудиторию, если будет и дальше выдавливать из себя шедевр по чайной ложке или вовсе топтаться на месте.

– Вот и я говорю! – Света скинула полотенце и стала одеваться, и от этого я снова на миг забыл о работе. – Поэтому, мне кажется, у Светлицкого и есть мотив. Привлечь к своей персоне в так называемое «межсезонье» внимание.

– Какой мотив?.. – на автомате переспросил я, наслаждаясь зрелищем обнаженного тела своей девушки.