Кречет

Кто-то из них еще шевелился, но уже не мог подняться.

– Горите в аду! – прошипел Хан-лучник, плюнув на поверженных.

Здоровяк подошел ко мне и протянул медвежью руку:

– Спасибо, Кречет, я думал все…

Его грудь ходила ходуном, мокрая рубаха облепила тело, казалось, ему даже было тяжело говорить:

– Меня Кузнец зовут, это Хан и Полковник, – кивнул молотобоец на лучника и старика.

– Давай с нами, – похлопал меня по плечу старик-Полковник.

Подозрение в его глазах сменилось на уважение, и только Хан, скривившись, выпустил яд:

– Смотри, если что не так – стрела догонит…

Мы поспешили к их авто.

Откатные двери микроавтобуса встретили запахом старого пластика и супермаркета. Задние ряды и багажник были завалены консервированной снедью в банках и вакуумных упаковках. Пожелтевший поролон, выбивавшийся сквозь обивку облезлых сидений, расплылся в приветливой улыбке. За руль сел Полковник, остальные плюхнулись в продавленные пассажирские кресла.

Майское солнце багровым закатом прощалось с мертвым городом.

Дизель убаюкивающе заурчал, и минивэн не по годам бодро покатил из города.

На сегодня пронесло… Контакт с объектами наблюдения прошел удачно.

* * *

Тишина мерцаньем звезд дарила ложную безмятежность. Старый фермерский дом с красной черепичной крышей притаился на окраине леса и сиротливо доживал свой век. Черные силуэты сараев, расположенных возле него, создавали ощущение заброшенности. Сквозь заколоченные грубыми досками окна особняка едва различались огоньки света.

В гостиной дома потрескивал камин, отбрасывая тусклые отблески на обстановку комнаты. За большим деревянным столом сидели трое мужчин и две женщины. Массивные деревянные лавки заняты лишь наполовину. Пустующие места словно ждали своих хозяев. Разговаривали вполголоса. Иногда оживление перерастало в громкий спор, который тут же пресекался шипением старика, заседавшего во главе стола. Густая седая борода и серебристые патлы волос, делали его схожим с персонажем библейских времен.

Присутствующие называли его Гектор и относились к нему с почтением.

– Уходить надо, если стая оживших найдет дом – долго не продержимся! – молодой парень лет двадцати с подростково-веснушчатым лицом ерзал на лавке и теребил копну рыжих волос.

– Сегодня отбились, надеюсь, и в следующий раз пронесет! – промямлил средних лет мужчина в массивных очках и редкой бороденкой. – Поздно уже уходить, стая близко.