Кречет 4

Толпа повалила прямо на нас.

Мы с Рудым закрыли дверь, пока остальные четверо, включая связанного человека Барона, бежали вглубь тюремных коридоров. Мы подпёрли дверь всем, что было под рукой, и кинулись следом.

В коридорах ещё горел слабый мерцающий свет. Люди Громова не выключили генераторы. Надо заняться, чтобы сэкономить топливо.

Я подобрал скамейку и подпёр ею очередную дверь, а ожившие тем временем выламывали главный вход. Треск стоял такой, будто кто-то засунул ствол в дереводробилку.

Дальше массивная решётка, управляемая с пульта.

Аким и Зиновьев прошли через неё, вдвоём утаскивая связанного, Велиар хромал за ними. Он остановился у пульта на стене и открыл стальную крышку.

Сейчас он нажмёт кнопку, и решётка закроется. Мы останемся снаружи.

Пусть попробует, я его пристрелю.

Но он ждал. Сначала вбежал Рудый, потом я.

Тяжёлая ржавая решётка с громким лязгом захлопнулась за моей спиной.

– Есть ещё другие ходы? – спросил я.

– Обойду всё, что знаю, – Велиар утёр пот со лба.

 – Но проникнуть не должны. Тут места мало, все затворники бы не вместились. Но нам хватит.

– Припасы есть?

– Если Громов их не стащил.

С той стороны, откуда мы пришли, раздался топот. Бегуны на полной скорости врезались в решётку, будто надеялись её проломить. Их немного, но эти крепкие и быстрые твари быстро стали бы для нас угрозой.

Решётка выдержала всех пятерых. Но если навалится вся толпа, то вряд ли она продержится долго.

А эти твари тянулись когтистые руки к нам.

– Ты заметил? – спросил Рудый, целясь в них из карабина.

 – Они… Странные.

У двоих бегунов советская военная форма, у одного халат, как у доктора или учёного, у двоих остальных серые комбинезоны с номерами на груди.

Твари шипели, из их пастей несло гнилью. Мутные глаза были обращены в нашу сторону. Один, самый худой, пытался протиснуться к нам через прутья.

– Сейчас ещё придут остальные, – я поднял калаш. – Надо их угомонить.

Рудый вскинул карабин, но передумал тратить патроны. Из механизма на культе со щелчком вышло острое лезвие, похожее на гранёный штык или стилет.

Он подошёл ближе и ткнул в морду одного. Лезвие с хрустом пробило лицевую кость.

Парень ткнул второго, но в этот раз попался. Второй зомбак зацепился за ремни когтями и потянул Рудого к себе.

Я выстрелил ожившему в башку три раза, чтобы его угомонить. Потом добил оставшихся одиночными выстрелами. Зомби умирать не хотели, но скоро все затихли.

Рудый сел на пол, оглядывая культю.