Проклятие Черного орла

И поверь, я не лучший пример для подражания, поэтому мое мнение также не должно играть для тебя решающей роли…

– Хотя, слушаться отца в твоих интересах, – добавил он, когда она осторожно положила голову ему на плечо.

Мирам обняла его своими тонкими руками и глубоко вздохнула.

– Я знаю, что ты любишь меня, – сказала она почти шепотом. – Знаю, что заставляю тебя переживать…

– Весьма, – согласно кивнул он. – Я уже терял однажды твою мать, и не позволю, чтобы что-то подобное случилось вновь с ней или с тобой.

– Может, это ты слишком сильный? – предположила Мирам, снизу вверх заглядывая ему в глаза.

Сэнджел удивленно вздернул брови. Эта простая мысль никогда не приходила ему в голову, но она явно не была лишена смысла. Сегодняшняя неожиданная схватка с разозлившейся Фий-Этт показала ему, что колдунья действительно уже весьма опасный соперник для большинства магов ордена. Но, что же касалось Мирам, девушке было еще очень далеко даже до матери.

– Интересный ход мысли, – тем не менее согласился он. – Но, к сожалению, тебе не повезло родиться именно моей дочерью.

– Знаю, придется соответствовать, – грустно вздохнула она, заставив Сэнджела усмехнуться.

– Завтра в Черный орел приедет Брут, я хочу, чтобы он стал твоим наставником.

– Зачем?! – удивилась она, отстранившись. – Я разочаровала тебя настолько, что ты больше не хочешь учить меня?

– Нет, – он вновь притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

– Но маму же учил ты! – обиженно воскликнула Мирам, вскочив на ноги.

– Поверь, она была бы рада, если б ее учил кто-то другой. К тому же, Фий-Этт колдунья, и мой излюбленный рычаг воздействия я с ней использовать не могу.

Мирам неприятно поежилась, передернув плечами, вспоминая свои ощущения, когда отец управлял ее волей.

– У меня действительно скверный характер, – Сэнджел встал и взял ее за руки.

– Ты самый лучший, – она неожиданно рванулась к нему и крепко обняла.

– Надеюсь, я никогда не разочарую тебя, – улыбнулся он и вышел из комнаты, оставив девушку одну.

На душе стало спокойнее, и что-то говорило ему, что не только у него одного.

Когда он зашел в их с Фий-Этт спальню, колдунья уже спала.