Магистр ордена Черный орел. Книга первая

Но это не имело значения, так как Сэнджел использовал это заклинание только во время схватки – один раз в сто лет – и лишь для того, чтобы оценить возможности своего соперника. К счастью в ордене этим заклинанием мог управлять только Сэнджел. Так что его собственные возможности оставались для Грикона тайной.

Оценив, таким образом, силы Грикона, Сэнджел с прискорбием был вынужден признать, что в данный момент соперник хоть и незначительно, но сильнее его самого. Отказавшись от положенного подношения шесть лет назад, он за последние годы почти перестал слышать силу.

Поэтому, Сэнджел слишком хорошо понимал, что обречен. Так что, мысленно попрощавшись с жизнью, он собрал воедино все оставшиеся в нем силы, сотворив большой искрящийся неоновым светом огненный шар и выпустил заклинание.

Искра сотворенная Сэнджелом превзошла даже его собственные ожидания. Что уж говорить о Гриконе, который никак не мог предвидеть такого хода. Озадаченный и испуганный он в панике направил сильный поток энергии в землю под ногами соперника. В глазах сразу же что-то ярко вспыхнуло и земля резко накренилась…

Когда же Сэнджел открыл глаза, вокруг него были уже стены его собственной спальни, он лежал в своей кровати, а над ним склонился взволнованный Гирон.

– Как мы… здесь, – попытался спросить Сэнджел, но сам не узнал своего осипшего слабого голоса.

– Молчите, магистр, – попросил Гирон. – Это я перенес вас сюда. К счастью, никто не заметил в каком вы состоянии, все настолько привыкли видеть проигравшим Грикона, что сразу же побежали к нему. Тогда-то я и перенес вас в замок.

– Так кто…

– Кто победил? – Гирон задумался. – Все считают, что вы, но на самом деле, у вас ничья… Что с вами, магистр? Вы же почти проиграли сегодня.

– Уходи, – прошептал Сэнджел, ощущая на губах неприятный железистый вкус собственной крови. – Я… в порядке.

– Вы уверены? – Гирон с сомнением покосился на наставника.

– Уходи! – как мог, более жестко, повторил Сэнджел.

Гирон почтительно поклонился и исчез. Сэнджел попытался расслабиться, чтобы привести мысли в порядок, но даже это было выше его сил. Все тело ныло, казалось, в нем не осталось ни одной целой косточки.