Левантевски, шприц!

Встретившее их существо совершенно точно было человеком. Причем одетым в яркие одежды еще молодого начинающего мага, из-под которых вызывающе торчали тощие голые ноги. Маг хихикал и как-то странно гримасничал, отчего его лицо непрерывно ходило ходуном.

– Поклоняйтесь мне! – Взревел маг козлиным голосом, отчего забрякали баночки, колбочки и реторты. – Поклоняйтесь мне, ибо я велик и ужасен!

– А давайте лучше поклоняться мне! – Повысив голос заявила Лиза самым нахальным образом. – Я тоже ужасная и местами даже великая.

Маг замолчал сбитый с толку таким странным предложением. Немного повращал глазами и снова завыл:

– Поклоня-айтесь мне! Ибо я чистый ду-ух вселенной, я ее воплощение, пусть и в немощной пло-оти …

Закончить ему не дали – одним ловким движением Лиза скользнула вперед и ткнула его пальцем в грудь, отчего маг потерял равновесие и брякнулся навзничь.

– Я же говорила – поклоняться нужно мне, – поучительно сказала Лиза и взглянула на своего помощника.

– О великий мрак! – Испуганно пискнул Левантевски, выглядывая над Лизиным плечом. – Да это же маг!

– Да ты у нас поэт, дружище, – ухмыльнулась Лиза, пытаясь приблизиться к нервно мечущемуся по полу пациенту, который цеплялся за все, что попадалось под руку, в попытке подняться. – Ну маг и маг … король бумаг.

В этот момент маг, сумевший подняться, снова обернулся к ним. В его взгляде было что-то неуловимое, непонятное. Он мощным жестом вскинул руки, смахнув широкими рукавами все, что было справа и слева от него. Зашипели, смешиваясь, какие-то зелья, замелькали искры, воздух начал заполняться грязноватым туманом. Маг что-то шептал, почти беззвучно шевеля губами.

– Ну что – шприц или бежим? – Обреченно спросил фельдшер и, не дожидаясь ответа, принялся медленно отступать к выходу.

– Летим! – Выдохнула Лиза и тоже шарахнулась в сторону выхода. Цепляясь друг за друга, спотыкаясь и придерживая на ходу чемоданчики, они успели отбежать лишь метров на десять, когда, наконец, рвануло. Оглушенная взрывом, Лиза с размаху растянулась на земле, а сверху на нее приземлился Левантевски.