Неназываемый

С брезгливым видом Талассерес вытащил из сумки обглоданную куриную ножку. Местами к кости прилипли хрящи. Он швырнул ее на ступеньки, и едва она оказалась у подножия, оберег вспыхнул, и кость исчезла, оставив после себя облако черного дыма. В воздухе стоял запах паленого жира.

– Работа моего дяди. Он не отличается изяществом, – сказал Талассерес. – На воздух и камень проклятие не действует. А все живое – или то, что некогда было живым, – исчезает таким образом, – он щелкнул пальцами. – Но если твой следующий вопрос – это «как же его обезвредить?», что ж, тебе крупно не повезло.

– Сколько раз ты приходил сюда с нашей последней встречи? – спросила Ксорве.

Талассерес пожал плечами, что, видимо, означало каждую ночь.

– Ты думаешь, что выход там, – сказала Ксорве. Интересно, проходил ли он мимо Атараис или в лабиринт можно попасть иными способами?

– Будь все просто, Олтарос вряд ли бы задержался на посту канцлера, – заметил Талассерес.

Ксорве подобралась. Он вот-вот проговорится.

– Оберег нельзя уничтожить, – сказал он. – Но существует защитный амулет…

Он с сомнением взглянул на Ксорве.

– Я знаю, что такое амулет, – не удержалась она.

– Правда? Ну что же, рад за тебя, потому что дальше – лучше: этот чертов амулет принадлежит генералу Псамагу, и он не снимает его ни днем, ни ночью.

– Агатовая подвеска, – кивнула она. Она заметила ее тогда в обеденном зале.

– А ты наблюдательна, Сору, – сарказм сменился интересом, и Ксорве поняла, что ей стоило держать рот на замке.

Она пожала плечами.

– Простое любопытство.

– Ну что же, – сказал Талассерес, вернувшись к оберегу. – Зато это было бы быстро.

Покои генерала Псамага располагались на самом верху крепости. На стенах были развешаны прекрасные гобелены, картины, церемониальное оружие, редчайшие сокровища десятка миров.

Прошла неделя с тех пор, как она говорила с Талассересом в пещере. С тех пор она знала, что ей нужно сделать, но знать и сделать – это очень разные вещи.

Ты боишься пауков, Ксорве? – спрашивал ее один из наставников, бывший взломщик, один из множества старых друзей Сетеная с сомнительным прошлым. Боишься ли ты призраков? То, чего ты боишься в темноте, и есть то, чем ты становишься.