Дороги в темноте

Затем снова сложил руки на столе, переплетя пальцы и слегка постукивая ими, подчеркивая этим важные моменты.

– Да, я кое-что знаю о тех мирах. Но, к сожалению, я не обладаю талантом подобно вам посещать их. А еще – ты первая на моей памяти, кому удалось вытащить в этот мир реальных живых существ без применения технических средств. Те трое …

– Да, да, те трое, которых вы убили, – подхватила я, оживленно кивая головой. – Вы их расстреляли. Этих несчастных бедолаг, едва выбравшихся из рабства.

Ярсен сжал лицо в странно-плаксивую гримасу и поправил очки.

– Мда, – сказал он сочувственным голосом, – это все полковник. Он страшно напугался, решил, что началась экспансия из других миров. Много говорил о вторжении и захвате. Уверял нас, что они агрессивны и очень опасны. Мы добрались слишком поздно, все трое были уже мертвы.

Я вздохнула. Что-то не нравится мне весь этот диалог.

– А потом еще были те … огромные жуткие твари.

– Вы имеете в виду скорпионидов? – Спросила я. – Или химеру? Никого из них я сюда не приводила.

– Тем не менее, – веско ответил Ярсен, – вы что-то такое умеете. И за это мы готовы платить вам хорошие деньги.

– И что же я должна делать ради этих «хороших денег»? – Недоверчиво осведомилась я.

Ярсен развел руки в стороны и улыбнулся.

– Каждый выход в другой мир мы для простоты называем «сменой». Во время своей «смены» вы посещаете другой мир. И приносите нам оттуда все, что угодно – информацию, геотипичные или биотипичные образцы, предметы быта, приборы, книги, даже обломки, словом, все, что сможете принести сюда.

– И много у вас тут уже этого добра? – Ехидно спросила я. – Что-то мне подсказывает, что не очень. Ваши ребятки, во время нашей приснопамятной встречи, что-то там заясняли мне насчет хорошей памяти.

Доктор глубоко вздохнул.

– Да, ты права. Предметы материального мира практически не поддаются переносу … не поддавались, по крайней мере, до этого дня. Но вот сегодня мы получили сразу два образца.

Снова повисла пауза. Я усиленно пыталась обмозговать ситуацию, старалась найти хоть какой-то выход, который не лишил бы меня свободы. Но каждый раз я упиралась в совершенно не философский тупик с отсутствием денег, работы и документов. По всему выходило, что вариантов у меня было мало. Да что там! У меня вообще было лишь два выхода: гордо и свободно уйти отсюда, чтобы сдохнуть с голоду, либо принять условия и остаться тут.