Берегитесь! Я колдую!

Как я здесь очутилась? Кто этот ребенок? – У тебя есть вода?

– Ты хочешь пить? – Скорее утверждая, чем спрашивая проговорил мальчик. – Есть ручей, но тогда нужно выйти отсюда, а отец запрещает мне покидать пещеру. Мне скучно здесь одному. Так ты поиграешь со мной?

– Грауэр, не нужно разговаривать с едой, – вход в пещеру затемнился, голос говорящего был низким, рычащим и весьма неприятным.

– Какая я тебе еда, гоблин волосатый? – Немедленно ощетинилась я. – Сам ты еда! Причем сомнительного качества, понял?

Массивный силуэт надвинулся на меня – я ощутила горячее дыхание на своем лице, медно-красные глаза блеснули в темноте.

– Ты наша еда! – Проворчало существо. – И мы тебя съедим, ясно?

– Папа! Давай не будем ее есть, она обещала поиграть со мной! – Немедленно заныл мальчик. Так, одно из двух: или я спятила, или меня похитил какой-то голодный хищник. Будем исходить из худшего – я спятила. А хищник идет бонусом к этому приятному состоянию.

Я развернулась в сторону неприятного папаши, оперлась руками о стену и со всей силы ударила его обеими ногами.

– Слышь, только попробуй меня съесть, – пригрозила я, ощупывая пол в поисках камней и подтягивая найденные к себе поближе, – я вообще-то ведьма! Сейчас как колдану – и вы оба превратитесь в каких-нибудь козявок!

Существо засмеялось странным лающим смехом.

– Какая же ты ведьма, если даже оборотней узнать не смогла, – с пренебрежением произнес папашка и угрожающе двинулся в мою сторону, – хватит разговоров! Грауэр, готовься обедать.

Тут меня осенило.

– Это что же получается, – медленно произнесла я, пытаясь сдвинуться в сторону выхода, но проклятый оборотень предупреждал каждое мое движение, – выходит, ты растишь сына тут, в этой пещере?

– Ну и что тебе? – Недовольно пробурчал старший оборотень и клацнул зубами в опасной близости от меня. – Это мой сын, где хочу – там и ращу.

– Сразу видно, что папа – это вам не мама! – Завопила я, не думая о том, какую ахинею сейчас несу.

– Чего? – Он опешил, сел прямо на грязный пол и озадаченно склонил голову набок, отчего сходство с собакой усилилось еще больше.

– Того! Ты не достоин воспитывать ребенка! – Самозабвенно орала я, не забывая вооружаться камнями.