Берегитесь! Я колдую!

Дождь лил всю ночь, а утром застыл гладкой и крепкой корочкой льда, сделав горные дороги слишком скользкими и рискованными для верховых прогулок. Так что я всласть выспалась. Рандаргаст снова куда-то исчез. А я, несмотря на его грозные слова, вскоре отчаянно заскучала и рискнула покинуть домик. Выйдя на крыльцо, я внимательно огляделась. Раз, два … всего-то два десятка домишек. Слева конюшни, справа мы пришли сюда … ага, вроде вижу просвет за домами, что стоят напротив. Интересно, что там?

Стоило мне покинуть крыльцо, как откуда-то вынырнул мрачный кентавр с голой грудью, хотя стоял легкий морозец.

Его конский хребет красиво блестел вороной шерстью, а на груди густо курчавились черные как смоль волосы. К тому же, этот красавчик обладал роскошной шевелюрой черного цвета, собранной в еще один хвост. Интересно, как про него лучше сказать – вороной кентавр или кентавр брюнет?

– Не велено, – хмуро проворчал он, перегородив мне путь. – Рандаргаст запретил тебе покидать дом. Зайди внутрь.

– Зачем? – Удивленным голосом спросила я. – Там я уже все разглядела … а вооон там – вроде бы полянка. Я бы ее хотела теперь поразглядывать.

– Зайди внутрь, – с нажимом повторил вороной брюнет и негодующе топнул копытом. Ну, на меня еще копытами не топали! Ладно, многоногий, готовься, сейчас будет цирк с кентаврами … вернее – с кентавром.

– Ладно, зайду, – голосом полным безразличия сказала я и отворила дверь, – вот, уже захожу.

Я вошла, тщательно закрыла дверь, миновала Хамму, который сосредоточенно пил чай и подошла к самому дальнему окну.

– Что ты делаешь? – Полюбопытствовал кобольд. – Хочешь чаю? А давай даже напечем вместе с тобой сахарных плюшек?

– Спасибо, Хамму, я пока не хочу ни чая …, – я выглянула в окно, – ни плюшек. Но ты лучший, просто знай это. Если сейчас сюда ворвется кентавр, скажи ему, что я испугалась его и плачу в дальнем углу погреба, ладно?

– Но у меня нет погреба! – Ошеломленно воскликнул Хамму, глядя как я осторожно открываю окно.

Тесновато тут для меня и моей красоты … эх, где наша не пропадала!

Выбравшись наружу, я пригнулась и осторожно заглянула за угол. Вон он, вороно-брюнетистый, гарцует потихоньку справа-налево и наоборот что твой гвардеец. Ладно, попробую проскочить. Иначе я с ума сойду от непрерывного чаепития. А к вечеру еще и увеличусь втрое, так что Лада меня не выдержит.

Мягко ступая по измерзлой траве и оставляя глубокие следы, я прокралась вдоль домика.