Берегитесь! Я колдую!

Его марево свивалось вокруг деревьев, нежно обволакивало высоченные ели, пронизывающие туманное море пиками своих верхушек. Темные как малахит деревья контрастировали с белизной и жемчужной серостью обливающего их тумана, растекающегося потоками, кипящего как вода в котелке, свивающегося причудливыми завитками.

– Обалдеть, – зачарованно пробормотала я и зачем-то оглянулась. Рандаргаст подошел поближе.

– Что-то случилось? Опасность? – Отрывисто спросил он с беспокойством в голосе, но я покачала головой.

– Нет. Просто очень красиво.

Зря я это сказала. Мужчина насмешливо вскинул брови и улыбнулся.

– Ладно, давай завтракать.

Пока я вгрызалась в поджаристые хлебцы и пыталась не уделаться жиром, текущим из сосисок, он молчал. Молчал и когда мы седлали лошадей, навьючивая на них наш скудный скарб. Лишь изредка ронял краткие инструкции. А когда мы тронулись в путь, неожиданно придержал своего жеребца, чтобы оказаться рядом со мной и сухо спросил:

– Так что тебе сказал дракон?

Тут я сообразила, что раз я слышала дракона у себя в голове, то Рандаргаст его, скорее всего, слышать не мог.

– Да так, – я пожала плечами, – сказал, что он теперь один раз мне должен.

– Должен? – Невозмутимый и сдержанный Рандаргаст был потрясен настолько, что едва не упал с коня. – Да не может такого быть! Чтобы дракон такое сказал … я даже не знаю, что нужно для него сделать.

– Спасти жизнь, – спокойно ответила я, глядя на свои руки, – я спасла ему жизнь. И он мне теперь должен.

Судя по изумленной роже Рандаргаста – это было не просто хорошо, это было чудесно и прекрасно.

– Ладно, закрыли тему, – неожиданно для самой себя я смутилась, – лучше расскажи куда мы едем.

– В деревню у перевала. А как ты его вылечила?

– Тема закрыта, в землю зарыта, – напомнила я ему и поежилась, мерзкие грязно-серые тучи были все ближе, – не спрашивай, короче. Как-то сделала. Лучше расскажи про деревню.

– Зачем? – Пожал он плечами.

Он пришпорил жеребца и обогнал меня. Вот и поговорили.

Нам пришлось пробираться среди засыпанных осыпью тропинок, где лошади часто спотыкались, подниматься темным ущельем, в котором был настолько ледяной воздух, что я задубела даже в плаще и пледе, затем мы выбрались на более-менее утоптанную тропу уже достаточно высоко и тут ливанул дождь. Рандаргаст мигом спрыгнул с коня и махнул мне рукой, приказывая делать то же самое.