Люк Грей и Книга Жизней

Они облепили орла. Вуди бросился на помощь, но они набросились и на него. На самом верху лестницы появилась Джина:

– Харли, играй! Слышишь? Играй! – приказала она.

Карлик, спотыкаясь, добежал до золотой арфы и заиграл трясущимися ручками.

– Избранный, спрячься под лестницей! – крикнула горгулья.

Люк послушался и, отбиваясь от летучих кровососов, скрылся за ступенями.

Вуди, чувствуя, что вороны вот-вот выклюют ему глаза, закрыл голову руками. Корс, весь израненный, отбивался как мог. За Люком неслась туча летучих мышей.

Вдруг ворон, уже собравшийся выклевать Вуди глаз, упал у его ног. А следом пали остальные вороны и летучие мыши. Звуки чудесной арфы продолжали наполнять залу.

Присцилла настигла Люка, она потянулось к его кольцу… потом зевнула, закрыла глаза и сползла вниз на пол. Она уснула прямо под лестницей, с вытянутой рукой. Внезапно облик молодой ведьмы стал меняться: кожа огрубела и покрылась густой шерстью, на пальцах появились длинные черные когти, на спине вырос горб, почти как у ее матери.

– Она чудовище, – ужаснулся Адам.

Люк, выбравшись из укрытия, поспешил к истерзанному брату.

– Она погибла? – спросил еле живой Вуди.

– Уснула, – ответил пожелтевший от страха Харли. – Ты вовремя подсказала, Джина. Не думал, что это и на ней сработает.

– Кровь гуще воды, – ответила горгулья.

Корс лежал на полу со сломанными крыльями, из ран текла кровь. Череп валялся на столе. Горгулья посмотрела на всех и с нежностью произнесла:

– Я люблю вас, друзья мои! Вы обязательно спасетесь.

Джина рухнула сверху на тело младшей колдуньи. Присцилла была мертва. Горгулья – тоже. Каменная статуя разбилась вдребезги, и ее осколки разлетелись по всей зале.

Глава

VII

Люк бросился к лестнице:

– Джина!!! – крикнул он.

– Не-е-ет! – из последних сил вырвалось у Вуди.

В воздухе на миг повисла тишина. По полу были разбросаны дохлые вороны и летучие кровососы.

– Ничего-ничего, Джина, – тараторил, судорожно собирая куски камня, Люк. – Я соберу все до единого. Мы отыщем живительный эликсир. Все будет хорошо. Мы обязательно спасем тебя. Ты не можешь вот так уйти. Это несправедливо.

– Это бессмысленно, – ответил едва живой орел.