Стрекот кузнечика: встреча с ночным миром

Я бы очень хотел увидеть Макса, помоги мне, пожалуйста, – вежливо попросил Валентин.

Мира удивилась, что парень её вспомнил, также удивился и Макс, оказавшись незаметно рядом, за спиной.

– Зачем ты хотел меня видеть? – мягко произнёс Макс.

Валентин вздрогнул от неожиданности.

– Ты обещал нам защиту от своих вампиров.

– Обещал.

– Марина только что укусила меня. И вчера тоже пила мою кровь, я вспомнил.

– Давай отойдём, здесь очень шумно.

Они вышли в другой зал, туда, где находилась бильярдная.

– Не бойся, я просто посмотрю, что с тобой приключилось. Это всего лишь простое прикосновение, – успокаивающе сказал Макс, подходя к Валентину и касаясь кончиками пальцев до ложбинки между началом позвоночника и черепа. Слабый импульс тока передался Валентину от кончиков пальцев Макса и приятно растёкся по телу. Мышцы вмиг расслабились до такой степени, что Валентин стал падать, не сумев удержаться на ногах.

Макс видел всё, что произошло с Валентином за последние сутки. Видел, как дважды пили его кровь, видел вампира Марину. Дурной знак – она оказалась не знакома ему – это был чужой, принадлежащий другой общине вампир. По всему следовало, что она новичок, не умеющий управляться своими силами. Гипнозом владела плохо и своими пассажами разблокировала память молодого человека. Макс пришёл в ярость.

– Собрать Совет и всю общину! – приказал он возникшей из ниоткуда Мире. – И приведите мне этого вампира! – он послал мысленный образ присутствующим в клубе вампирам, которые тут же кинулись на поиски вампира-чужака.

Через час вампир, связанная Марина, стояла перед Советом и общиной в центре зала в Главном доме. Макс восседал на самом настоящем троне, серебряном с червлёными замысловатыми рисунками на ножках и по краю спинки кресла, с вкраплениями авгита, пироксена.

– Этот вампир без разрешения охотился на моей территории и питался кровью людей, которым я обещал защиту. Своими действиями она разрушила блокировку памяти, которую установил я, Исходный данной общины, – начал Макс.

– За это преступление я приговариваю её к замуровыванию в стенах «Сторожевой башни» сроком на 20 лет.

Марина с ненавистью посмотрела на Макса.