Странник 2. Большая охота

От такой наглости он пришел в бешенство и резко присел, свесив ноги с кровати.

Я примирительно поднял руки вверх и улыбнулся, а затем указывал на то, что он сидит.

Вначале полковник не понял, что я имею в виду, посмотрел на себя, затем вновь на меня. На мгновение замер и глянув на свои ноги нервно сглотнул.

– Да, да, поднимайтесь, вы здоровы, – я сделал жест рукой предлагая ему встать.

Петр Ильич неуверенно, медленно и аккуратно поднялся. Встав на ноги, его слегка качнуло, но полковник удержал равновесие.

Он сделал шаг, еще один и тут же назад присел, поглядывая на меня как на бога. Его руки тряслись, по щекам катились слезы.

Я довольно заулыбался.

– Пойдемте наверх, это не все, вас еще ждет один сюрприз, только прошу, не стоит пугаться.

Полковник молча поднялся, пальцы на руках дрожали. Медленно, еще неуверенно переступая ногами он вышел за мной в коридор и стал подниматься по лестнице. Постоянно поглядывая на ноги, часто дыша от волнения, до конца не осознавая, что делает это сам.

Я провел его в коридор, где на стене висело большое зеркало.

– Закройте глаза.

Нервно вздохнув, он подчинился.

Я аккуратно подвел его к зеркалу и сделал шаг назад.

– Можете смотреть.

Увидев свое отражение, мужчина вздрогнул и отшатнулся. Затем стал быстро ощупывать лицо, в итоге прижал к нему руки и зарыдал.

Подобного я не ожидал. Полковника всего трясло. От этого вида у меня мурашки побежали по спине. Человек столько лет был в инвалидном кресле, без шанса когда-либо подняться на ноги, а тут стоит, да еще и помолодел! Считай, новую жизнь получил.

Взяв за локоть, я повел его в холл и усадил на диван. Он так и продолжал плакать, мотая головой.

Сходив на кухню, налил стакан воды и всунул ему в руку.

– Выпейте, успокойтесь.

Осушив его, вернув его мне, он прикрыл глаза, посидел пару минут, глубоко дыша, затем протер лицо руками и посмотрел на меня.

– Как тебя зовут?

– Аркон, – я поставил стакан на стол.

Он сжал кулаки и поднялся.

– Я не могу выразить свою благодарность словами за то, что ты сделал. Но как бывший боевой офицер, ответственно заявляют: отныне моя жизнь принадлежит тебе! Мне больше нечем отплатить. Может располагать мной по своему усмотрению. Где угодно как угодно, когда угодно, даю слово офицера! – Он отдал честь и добавил, – не вздумай отказать.

Я опешил, не зная, как реагировать и просто кивнул.

Полковник присел.