Иллюзия бога

Речь его собеседника была тише и быстрее, Ари легко могла представить, как он оглядывается по сторонам, боясь, что их услышат.

– Я слышал, будто ты… как бы это сказать… – Пауза, натужное сопение.

– Натурой беру?

Собеседник издал звук, одновременно похожий на мычание и икоту.

– Черт, ты и камень разжалобишь…

Послышались шаги, наступила тишина, и Ари осторожно выглянула из-за стеллажа, молясь, чтобы они, наконец, ушли. Увиденное заставило ее тут же втянуть голову обратно и быстро сесть на первый попавшийся стул, но было поздно.

– Дарлинг! – окликнул Дионис, судя по звукам, поднимаясь с колен. – Выходи. Я вижу твои ботинки.

Мысленно чертыхнувшись, Ари быстро поджала ноги. Молчание затягивалось.

– Да выйди ты уже, наконец. Милый Адонис сейчас копыта откинет от ужаса…

Ари медленно выглянула, заранее готовясь нырнуть обратно. Но в зале оказался только ее знакомый.

– Сбежал. – Дионис со вздохом спрятал носовой платок в карман горчичного пиджака. – Дарлинг, ты все испортила.

– Догонишь его? – поинтересовалась Ари.

– Никак нет, – весело отрапортовал он. – Не собираюсь я ни за кем бегать! Мои моральные принципы, знаешь ли…

– Возможно, я ошибаюсь, но мне почему-то кажется, твои моральные принципы – та еще русская рулетка. – Она осеклась. Это было грубовато с ее стороны, но Дионис, кажется, нисколько не обиделся.

– Ты даже не представляешь, насколько права.

Услышав его вопль, три библиотекарши, сидевшие у входа с клубками пряжи, одновременно зацокали языками и зашикали.

– Извините, – хором прошептали Ари и Дионис.

Девушка прищурилась, оглядывая улицу. Ничего примечательного, разве что на ступеньках образовалось какое-то столпотворение с участием дионисова приятеля, которого спугнула Ари.

– Что случилось?

– Кажется, к Адонису, моему клиенту, пристали городские, а у него карманы полны таблеток.

Ари равнодушно пожала плечами.

– Серьезно? Смотри, смотри, там еще и полиция подоспела! Спасем его, как думаешь? – Не дожидаясь ответа, Дионис поманил ее рукой и побежал к выходу.

– Поберегись! – бросил он Аполлону, сокурснику Ари, застывшему у лестницы с мечтательным выражением лица и книжкой, прижатой к груди.