Синдром потерянной души

Не понимая, чем вызван смех, я хмуро уставилась на своих близких.

– Дочь, ты на себя в зеркало смотрела? – давясь смехом, спросила мама.

Я молча отступила на пару шагов назад и повернулась к коридорному зеркалу. На меня смотрел брутального вида парень с мускулистыми татуированными руками, полотенцем на волосах и маской тигра на лице.

Зрелище было настолько комичным, что я сама согнулась пополам от смеха, из-за чего моя тканевая маска сползла с лица и с чвакающим звуком шлепнулась на пол.

Отсмеявшись, мама сказала:

– Иди завтракать, тигреночек.

Еда стынет.

После завтрака бабушка неожиданно предложила нарядить елку. Мы с мамой удивленно уставились на нее.

– Мы же наряжаем всегда двадцать седьмого числа, а сегодня только шестнадцатое, – напомнила я.

– Вот именно, – кивнула мама. – Зачем так рано? Только дольше мешаться будет.

Она не любила Новый год, потому что этот праздник считался семейным, а нашу когда-то большую семью мы растеряли. Исключительно благодаря непростому характеру моей мамы.

– Ну, раз не хотите, то и не надо, – пожала плечами бабушка и принялась мыть посуду.

– Спасибо, было очень вкусно, – поблагодарила я, вставая из-за стола.

Проходя мимо коробки с новыми елочными игрушками, я вдруг вспомнила Мисс Хвою. Интересно, когда Кирилл ее нарядил? И почему так рано?

В комнате я принялась за небольшую уборку. Заправила постель, вытащила вещи из сумки и разложила их в шкафу. Собрала разбросанные на столе журналы, расставила по местам книги со стихами.

Усевшись в уютное лиловое кресло, я тяжело вздохнула от осознания, что мне абсолютно нечем заняться. Конечно, можно было бы почитать или посмотреть фильм, а еще зайти в соцсеть, но всего этого делать не хотелось.

Пялясь в белый высокий потолок и анализируя последние сны, я вдруг осознала, что поговорить мне все же хочется, но только с одним единственным человеком – с Кириллом. Интересно, какой он в общении? Наверно, разговаривать с ним было бы приятно, раз он любит читать и интересуется астрономией.

Может, у нас бы нашлись еще общие интересы, помимо любви к поэзии. Я бы попросила его нарисовать мой портрет. Меня никогда не рисовали, а фотографировали крайне редко. Сама же я никогда не делала селфи, потому что считала себя дурнушкой. Маленький рост, худое тело, груди почти нет, на лице веснушки, волосы тонкие и светлые, кожа бледная – ничего, за что можно зацепиться.