Дракон и Феникс

Цюань величественно прошла к ванне, презренно взглянула на служанок и жестом велела им выйти. Девушки замешкались, глядя на своего господина, и Юн благосклонно кивнул, после чего служанки быстро исчезли за дверью, оставив мужа и жену наедине.

Юноша открыл рот, чтобы спросить, с какой целью Цюань пришла к нему, однако вопрос так и застрял в его горле. Императрица вскинула руки, легкий шелковый халат скользнул по ее телу и упал на пол, открывая Юну совершенно обнаженную девушку.

Учитывая то, что вместе они никогда не купались, а ночи проводили в темноте, будучи наполовину одетыми, Юн увидел голой свою жену впервые.

И снова это слишком. Слишком худая, слишком бледная, слишком изящная…

Наверно, если бы Юн любил Цюань, то она была бы для него идеальной, и никаких «слишком» он бы в ней не замечал.

– Хочешь искупаться в моей ванне? – спросил Юн, глядя в лицо жене. Если будет разглядывать то, что значительно ниже, то она может неправильно это расценить.

– Я хочу не только искупаться.

Цюань подняла правую ногу и ступила в воду.

Подошла ближе к мужу и медленно опустилась ему на колени. От ее прикосновения у Юна внизу живота появился томительный зуд, а сознание словно начала заволакивать туманная дымка.

– Я не хочу, – хрипло ответил он, ощущая, как девушка прижалась к нему грудью.

– Неправда, – прошептала она, хищно глядя ему в глаза. – Я чувствую твое желание.

Больше всего Юн сейчас ненавидел свое тело, которое не поддавалось контролю. Тело, которому было плевать на чувства юноши.

Тело, которое сейчас хотело только одного.

– Тебе все равно, что я чувствую? – вдруг спросил Юн у жены. – Важно только то, чтобы у нас появился наследник?

Цюань опустила голову и провела языком по шее юноши, от чего Юн слегка вздрогнул, но мысль разговора не потерял. Ждал, что она ответит.

– Для начала я хочу, чтобы ты меня любил, – отстранившись и заглянув Юну в глаза, сказала Цюань. – Наследник может подождать. Мне плевать, что обо мне ходят сплетни. Ты не избавишься от меня, потому что за мной стоит моя семья, которая помогла взойти на престол твоему деду.

Империя не может лишиться их поддержки.

Юн тяжело вздохнул. Он давно хотел сказать Цюань, что у него так и не вышло полюбить ее, как бы он ни старался. Наверно, пришло время.

Вдохнув полной грудью, Юн тихо, но уверенно сказал:

– Я пытался тебя полюбить. Небо тому свидетель – я ежедневно молился о том, чтобы меня одарили любовью к тебе, но ничего не вышло.