Алхимия наших душ

Завидев его еще издалека, она стремительно разворачивалась и сбегала прочь, в надежде, что в этот раз они не смогут встретиться. Однако алхимическая связь оказалась слишком сильной, и Ален всегда находил Эмили, всегда влюблялся в нее, и всегда умирал ровно через сто восемь дней.

В XIX веке Эмили заметила, что внешность Алена изменилась. Он все еще был крепким взрослым мужчиной с зелеными глазами, вот только черты лица и цвет волос немного изменились. Видимо, те, кто играл ее судьбой, вышли на новый уровень и решили немного изменить внешность Алена, чтобы Эмили не смогла узнать его, и роковая встреча произошла быстрее.

Усилив бдительность, Эмили избегала всех, кто был похож на Алена хоть отдаленно. Однако влюбленные неизбежно находили друг друга, и так же неизбежно теряли. Вернее, теряла только Эмили. Столетие за столетием на протяжении шестисот лет.

Двойка Пентаклей

С наступлением сумерек на Париж обрушился ливневый дождь. Прохожие впопыхах принялись искать в сумках зонты, а у кого их не было – укрытие.

Всего за пару минут бульвар Пале опустел, и никто не увидел, как возле книжной лавки «Ma fleur» из ниоткуда появилась красивая женщина с ног до головы в черном.

Шагнув под козырек книжной лавки, Эмили окинула долгим взглядом родной бульвар и улыбнулась. За время ее отсутствия город сильно изменился. Прогресс бежит вперед с невероятной скоростью, и Эмили оставалось только удивляться и постигать новые блага цивилизации.

В задумчивости покрутив на указательном пальце правой руки серебряное колечко с сиреневой вставкой из керамики, Эмили хотела было войти в лавку, как мимо нее пронесся черный сгусток, обдав женщину холодом.

– Не успела вернуться, а уже началась работа, – произнесла Эмили. – А я ведь так хотела принять пенную ванну и выпить бокал Шато Латур года смерти Марии-Антуанетты.

Вздохнув, женщина наклонила голову вправо, затем влево и телепортировалась в переулок, где скрылся призрак.

Вопреки ожиданиям Эмили, преследование оказалось недолгим.

Всего пара улиц, и вот она уже стояла в узком и неприятно пахнущем переулке между двумя жилыми домами. Из освещения здесь были лишь окна, в которых горел тусклый свет, напоминая Эмили атмосферу средневекового Парижа.

Призрак остановился перед маленькой фигуркой и жутко завыл. Фигурка попятилась к кирпичной стене дома, поскользнулась на луже и упала. Призрак медленно подступал к своей жертве, загоняя ее в тупик.