Калейдоскоп

Рядом стояли Аня с мужем, ещё несколько русскоязычных знакомых. Слушая вполуха их болтовню, Света опять почувствовала себя лишней. И очень захотелось, чтобы кто-нибудь прямо сейчас укрыл её плащом от вечного сырого холода, забот и одиночества. В последнее время ей часто становилось неуютно среди семейных пар. Не смотря на то, что она была замужем, ей постоянно приходилось появляться на людях в роли матери-одиночки. Так что теперь, когда, устав от постоянных придирок, недовольства её хозяйскими качествами и вечных поучений, она вытребовала у мужа возможность пожить какое-то время раздельно, внешне ничего не изменилось.

Всё так же всюду ходила с детьми одна, ссылаясь на вечную занятость Германа. Собственно, она уже давно к этому привыкла. Но сейчас Света с трудом сдерживала подступающие слёзы: ей вспомнилась весёлая, задорная девчонка с улыбкой во все тридцать два зуба, полная желаний и искрящаяся мечтами, непонятно когда уступившая место в зеркале усталой женщине неопределенного возраста.

– Мама, смотри, какая собачка! – дёрнула её за рукав подошедшая Милана. – Давай возьмём её к нам жить!

– Но это чужая собачка, мы не можем её взять, – Света присела перед дочкой на корточки, потрепала по голове крутящегося вокруг щенка шоколадного лабрадора.

–Тогда я напишу Деду Морозу, чтобы он принёс мне пёсика, – в серо-голубых глазах девочки плясали отблески костра и надежда.

– Он не принесёт! – резко сказала из-за спины Светы старшая дочь.

 – Дед Мороз не носит животных. Ни кролика тебе, ни собаки! Только если игрушечных, бе-бе-бе!

– Ника! Пожалуйста, перестать дразнить сестру! – привычно одёрнула дочь Света и выпрямилась.

– Вот ты где! – перед ними возник высокий мужчина в сером пальто и бордовом кашне. Он быстро нагнулся и пристегнул поводок к ошейнику собаки. – Это Лаки, – сказал он и уставился на Светлану. – Племянник спустил с поводка. Еле нашёл в этой толчее. Надеюсь, он не сильно вам докучал?

– Нет-нет, всё в порядке, – Свете не понравилось то, как внимательно её рассматривал незнакомец, и она отвела взгляд, ища пути отступа.

– Я Торстен. А вас как зовут?

– Светлана, – она вяло пожала его протянутую руку и вспыхнула, когда он сильнее сжал её тонкие пальцы. Резко выдернув руку, она повернулась на каблуках, – Нам пора. Хорошего вечера, – через плечо бросила она мужчине, окликнула дочерей и стала прощаться с друзьями.