Жених из Вегаса

Надо остановить его, но я не могу! Эта чертова атмосфера: музыка, свечи, сексуальный массажист мелькает перед глазами синей хлопковой палаткой… натянул своим небоскребом так, что я отчетливо вижу контур пентхауса…

– Я помню вкус твоей кожи, Стефи, – хрипит Ромка, а я вздрагиваю от прикосновений горячего языка между лопаток, – да, сладкая карамелька… это я запомнил.

Горячие руки в масле легко скользнули на поясницу, обеими ладонями нажимая так, что мой зад приподнялся, и Ромео тут же нырнул руками под полотенце, сжимая, будто примеряя к своим ладоням, пробираясь пальцами ниже, так хрипло посмеиваясь над моими попытками сводить ноги, сжимая в попытке скрыться от его наглых рук.

Ценника эротического массажа в прейскуранте не было, но этот гад точно напросится на чаевые! И отзыв. И пощечину. И… о, боже мой! Я с трудом сдерживаю стон и вздрагиваю от резкого короткого шлепка по промежности.

Как же жарко, дыхание сбивается, и я кусаю губы, чтобы не сказать это «еще хоть слово». Рома сдвигает руки на бедра, легкими круговыми движениями спускается к икрам и обратно возвращается уже по внутренней стороне, все ближе подкрадываясь к краю полотенца.

Пальцы Ромео уже подбираются к промежности, и моя попытка сдвинуть ноги приводит к тому, что он их раздвигает бесстыдно широко и до дрожи хрипло рычит мне:

– Не смей, Стефи, поняла?

– Да, Сатана! – стараюсь зло фыркнуть я, но только беспомощно барахтаюсь под прессом его руки, прижимающей меня к столу за поясницу.

Я пытаюсь не произносить ни звука, утыкаясь губами в мягкую обивку стола, но все равно не сдерживаюсь, когда его пальцы ласково скользят по складкам, собирая влагу и размазывая ее. Это просто сумашедший ураган до чёртиков в глазах, я никогда так не хотела мужчину, но меня никто так и не мучил никогда.

А в следующую секунду я все-таки вскрикнула в шоке от слетевшего с меня полотенца в полете. Как он так быстро перевернул меня на спину, попутно еще и шлепнув по заду, я даже не успела понять и тут же попала в плен его глаз.

Я перед ним совершенно обнаженная, беззащитная, а он смотрит мне в глаза, и я очень надеюсь, что в полумраке не видит моих пунцовых щек.