Слишком борзая

– Это была самая чудесная ночь в моей жизни, но мне действительно нужно идти, – прошептала я, оттянув за лохматые вихры искусителя.

– В моей тоже, малышка. Самая потрясающая. Поужинаешь сегодня со мной? – нехотя откатившись на край кровати, спросил Тим.

Повернувшись ко мне крепкими круглыми булочками, Тим неспешно натянул брюки на голый зад и, расправив по-королевски плечи, двинулся провожать меня к двери.

Дорога на машине Тима с его водителем до базы «Borzz» заняла больше часа. Только я в своих мыслях этого времени и не заметила.

У въездных ворот меня уже ждал папа. Широко расставив ноги и сложив руки-базуки на груди, смотрел своим фирменным прищуром, как я выхожу из незнакомой машины во вчерашнем маскарадном костюме. Перекреститься не помешает.

Счастливое сияние моих глаз сегодня не затмило бы и солнце, и уж тем более его невозможно было скрыть от моего проницательного папули. Поэтому я и не пыталась, буквально впорхнув в любезно открытые ворота.

– Здравия желаю, Александр Вареньевич! – намеренно извратила я его отчество, как делает мама, когда папа сердится. – Что с настроением?

Обрисовав в воздухе его хмурую моську, поинтересовалась я, будто не догадываюсь о причине его недовольства.

Оглядев меня с пучка на голове и по самые шпильки, папа съязвил:

– В восторге от твоей боеготовности, боец! Через пять минут оперативка, потом выезд! Ты на этих шпильках по грязным котлованам скакать будешь?

Судя по настроению дорогого родственника, допрос с пытками отложен, но не отменен.

– На них, родимых. Авось нефть найду, если топну посильнее, – оскалилась я в ответ, вышагивая рядом с отцом в сторону казармы.

Мой папа обладает впечатляющей репутацией, и его авторитет был непререкаем, поэтому все бойцы, попадавшиеся навстречу, вытягивались в струнку, приветствуя своего командира. Я же лучезарно улыбалась, чувствуя, как внутреннее тепло прошедшей ночи словно бронь рикошетит от меня любые негативные эмоции.

– Надеюсь, я так же буду улыбаться, услышав доклад о твоих ночных приключениях, Милена, – грозно скосил на меня глаза папа, отворяя дверь.

Возможно, он и рапорт бы запросил с подробным описанием, но неожиданно в жизнь нашего агентства, состоящего сплошь из высококвалифицированных и вымуштрованных бойцов, ворвалось нечто.

Это нечто было ростом метра два, в белых ночных кальсонах и домашних пушистых тапочках.