Сдавайтесь, Herr Braun!

Несносный босс оторвал взгляд от монитора ноутбука и принялся ощупывать меня от икр до груди и обратно. Гребаный гуру бесконтактного секса!

– Подойди ко мне, Тая, – небрежно откинувшись на спинку кресла Алекс приготовился следить за каждым моим шагом.

По его наглым глазам вижу, что собирается сделать проверку чулок на моих ногах ежедневной традицией!

Чертов извращенец! Может, мне еще на четвереньках к нему приползти, с поводком в зубах? Такие у них игры в закрытом клубе «Колизей»?

Гордо выпрямив спину, так, что заныла поясница, я прошлась по кабинету, остановившись в десяти сантиметрах от херра.

– Чулки на месте, сантиметры будем проверять? – а мне нравится воевать его оружием!

Стремительно темнеющая синяя радужка глаз Алекса, расширенные зрачки и дернувшийся кадык – лучшее подтверждение теории Стефи.

– На мои сантиметры пока никто не жаловался, – мелькнула ироничная улыбка на губах Алекса.

Алекс поднялся с кресла, а у меня знакомо пересохло во рту. Вот как такое простое движение у него выходит величественным? Император, блин!

– Я про сантиметры до края юбки, Херр Браун, а анекдоты про свой член расскажите стюардессам, им все равно, над чем хихикать, – спрыгнув со стола, отошла я на безопасное расстояние.

Оценивающий взгляд Алекса тут же переместился на мои бедра и вернулся к моему лицу уже с адским пожаром в зрачках.

– Не люблю анекдоты про свой член. Слишком длинные, – пошло парировал Браун, не моргнув ни одним синим глазом.

Да он говнюк! Скрытый развратник! Маньяк! Многосерийный! Я, конечно, со свечкой не бегала, но уж больно довольные сегодня стюардессы с утра!

Надо бы что-то ответить, но нечаянно опустила взгляд на его пах, и мою способность говорить придавило неприличными очертаниями мужского хозяйства Херра под тонкой тканью брюк.

Подойдя ко мне вплотную, Алекс облапил мою талию, явно измеряя и ее своими лапами.

– Что ты делаешь? – снова перескакиваю я на «ты» от такой бесцеремонности херра.

– Хочу надежно пристегнуть тебя, Тая, чтобы ты перестала брыкаться, – усмехнулся Браун, толкая меня к креслу. – Мы снижаемся.