Порочный бит

Сами же исторические колокольчики теперь хранятся в многочисленных витринах, едва ли не в каждой комнате, на шёлковых подушечках. Некоторые из них сделаны из дорогих материалов и инкрустированы драгоценными камнями.

– Сашенька, у тебя что-то случилось с нарядом? – спросила Эмелин, тыкая в нужный знак на экране.

Если маме Антуана и не понравилось моё платье, то она этого никак не выказала. Не позволила даже тени брезгливости или неодобрения проскользнуть на лице. Как всегда спокойна, мила и доброжелательна.

– С нарядом всё в порядке, – ответила я, испепеляя взглядом Тоху.

– Не в порядке! Я не хочу, чтобы всякие извращенцы пялились на… это всё! – тоном, не терпящим возражений, заявил Тоха.

– Стас не извращенец и он не пялился! – начинаю оправдываться я.

Десять минут назад я растворялась в его шёпоте и плавилась от близости его тела. Теперь же я испытывала целую гамму негативных эмоций – от стыда, до злости и обиды. Только Бертрану подвластно раскачать мои чувства от невесомости до ада, с невероятной лёгкостью.

– Ты не прав, Антуан. Во-первых, на каком основании ты решаешь, что Сашеньке носить, а во-вторых мини в её возрасте предпочитают многие девушки. Тем более во Франции.

– Вот пусть остальные и носят, – упрямился Тоха.

То, что Эмелин ни капли не осуждала мой выбор, не сильно меняло ситуацию. Тоху я всё равно придушу.

– Антуан, может быть, тебе сразу ключи от комнаты в подвале дать? – заискрились смехом глаза Эмелин. – Закроешь девочку там, на неделю, чтобы её никто не видел.

Для непросвещённых людей предложение Эмелин выглядело бы, как бред сумасшедшей. Да вот только мы все в курсе, что она держала в плену отца Тохи именно в этом замке. Кстати, я никогда не видела ту часть владений Бертранов. Интересно посмотреть и понять, как в таком жутком месте могли зародиться чувства.

– Мам, оставь эти шутки для той компании, прошу тебя, – качнув головой в сторону трапезной, ответил Тоха.

– Какие шутки? Могу с уверенностью сказать, что в нашей семье это один раз сработало, – загадочно улыбнулась Эмелин.

Появившаяся камеристка прервала этот бессмысленный спор и выслушав указания Эмелин, повернулась ко мне с улыбкой на губах, которая, кажется, прилипла к ней еще во времена, когда мы по этому острову носились с пустой головой.

– Сашенька, пойдём, я покажу тебе сногсшибательное платье! – подхватив меня под руку, потащила меня Эмелин вслед за своей горничной. – Мне прислал его в прошлом году один мой старый знакомый дизайнер.