Сдаётся Земля, недорого!

Я, пошатываясь, вывалился из рельсового транспортного средства и сделал вид, что ничего существенного не произошло.

– Погляди наверх, – продолжала она. – Ты видишь маленькую светящуюся точку? Я не совсем уверена, но, кажется, это Сириус. Никому не удавалось увидеть эту звезду в дневное время!

Я подошел к Тиффани и уставился вверх. Не знаю, какому из моих глаз можно было доверять, один из них видел светящуюся в небе точку, а второй сотни вращающихся созвездий, разных размеров и форм. Для ясности эксперимента, я прикрыл подбитый глаз.

Стоя бок о бок, и разглядывая небо сквозь узкое отверстие в потолке, мы были похожи на сусликов, ожидающих совершеннолетия, чтобы выползти из норы и как следует повеселиться, пока пролетающий мимо коршун не решит, что ты его завтрак.

На мгновение показалось, что небесная точка, которую мы так упорно разглядывали, с каждой секундой становится на порядок больше прежнего. Открыть травмированный глаз и убедиться в достоверности этого факта я не рискнул, поэтому воспользовался мнением со стороны.

– Тиффани, тебе не кажется, что эта новая звезда чуточку набрала в размерах?

– Не просто набрала, а продолжает набирать, – не отводя головы, проговорила она. – У меня складывается впечатление, что это либо коллективный обман зрения…

– Либо, – попытался я продолжить её речь, но резко умолк.

Создалась пауза, после которой мы, опустив головы, посмотрели друг другу в лицо.

– МЕТЕОРИТ!

Мощнейшее эхо нашего истерического вопля промчалось по заброшенным уголкам шахты. Если бы неподалеку находилась Иерихонская крепость, её стены рухнули бы под натиском нашей акустической атаки.

Детский сад – школа – потеря родителей – опекунство – технический колледж – работа лаборантом – спасение человечества – превращение планеты в полигон – глобальная уборка – сдача Земли в аренду – знакомство с девушкой…

Какими насыщенными были мои последние годы жизни! Не знаю, что творилось в голове у Тиффани, но я уверен, что её последние воспоминания были многим ярче предыдущих.

Если откровенно, то смерти я не боялся, не так страшен её результат, как процесс. Испокон веков в нашем роду соблюдалась старинная традиция, в которой рано или поздно один из членов семьи умирал. И так как я был ярчайшим представителем нашего древнейшего рода, то, стало быть, тоже обязан когда-нибудь умереть.