СкаЖЕние

Воздерживались от мяса и вина, плотских удовольствий и считали себя исключительными праведниками. Только их, говорили они, пощадит Бог, когда придёт менять мир, наказывать и казнить грешных. Но Иоанн, благодарный им за своё спасение, не смог оставаться там. Мятежный, он не соглашался с чьей-то избранностью просто по праву рождения, спорил, и, в итоге, ушёл. Ушёл, чтобы проповедовать самому. И ессеи не могли ни в чём упрекнуть Иоанна, куда более строгого подвижника, чем они сами.

Креститель напоминал иудеям о грядущем Мессии, каким его и представляли, всемогущем и страшном.

Обличать и готовить грешников, вот, что он считал своей целью. Это потом его объявили Предтечей Иисуса. Но такой грозный Предтеча только усложнил Послание Христа.

Разговоры Иоанн не любил, а Иисуса, вероятно, не понял. Но Иисус к этому особо и не стремился. Он только что вернулся на родину. Он смотрел и слушал, вникая и узнавая, какая она теперь, какие люди вокруг, чего хотят, кого слушают, кому верят. Оставшись с Иоанном, Иисус, желая лучше понять его и свою будущую паству, стал крестить сам, как и ученики Иоанна.

Им Иисус понравился, они его слушали, а некоторые пошли с ним. Иоанн не возражал.

Число поклонников Иоанна росло, и Иисус этому очень даже благоприятствовал. Крестили не каждый день и порознь. Вместе встречались не часто. Людей всё прибывало. Они крестились и слушали Иоанна, его учеников и Иисуса. Но яркая и острая, особенно к Ироду, проповедь Иоанна не могла продолжаться долго и безнаказанно.

Антипа направил своих людей. Иоанна схватили и заключили под стражу.

Большинство учеников сочло благоразумным на какое-то время прекратить свои занятия, хотя некоторые продолжали, несмотря на то, что поток желающих заметно иссяк, – то ли людям хотелось креститься именно у Иоанна, то ли они тоже испугались. Этого Иисус не знал, он ушёл несколько раньше. Он увидел и услышал Иоанна. Б?льшего Иоанн дать ему не мог. Проповедь Иоанна – это досада, раздражение, гнев, страх, наконец.

Но этого недостаточно. Нельзя жить с такими чувствами, да ещё в постоянном страхе. Страх – это разрушение. Жизнь не только страх. Наоборот! Жизнь – это рождение, созидание, радость. Да, жизнь невозможно представить без страха и разрушения, но это не цель жизни.

Иоанн только вестник, как он сам сказал.

Предстояло хорошенько обдумать, что дальше. Когда Иисус вернулся на берег Иордана, он уже пустовал. Ученики разбрелись по домам.