Топить в огне бушующем печали. Том 1

Он буквально ставит на карту все. Это чистое самоубийство.

– Да чтоб тебя! – вырвалось у Сяо Чжэна. – А что за «темное чудовище» такое?

– Касаемо этого у нас очень мало данных. В древних книгах говорится, что темные чудовища бессмертны и обладают безграничной силой, поэтому только и остается, что запечатать их. Либо ждать, когда их невероятная сила рассеется сама собой. А так темное чудовище невозможно уничтожить. В связи с этим в академических кругах сложилось мнение, что темное чудовище – не что иное, как вредоносный сгусток первородной аномальной энергии.

От этих запутанных объяснений у Сяо Чжэна голова шла кругом.

– Но как заключать сделки со сгустком энергии? Как он будет выполнять обещания?

– Простите, директор, но мы не знаем. Упоминания о темных чудовищах, об этом виде демонов, встречаются лишь в древних легендах. Может так статься, что они – всего лишь вымысел предков. Впрочем… есть одна сильно поврежденная книга, в которой упоминается темное чудовище «жэньмо», переводится буквально как «человек-демон».

Ну да, очень похоже на таинственного туриста, забредшего в Чиюань… Он чуть ли не с неба свалился… Сяо Чжэн в подозрении прищурился.

– Так, а мы можем поднять всю информацию касаемо жэньмо?

– Жэньмо подобны стихийным бедствиям, – тут научный сотрудник открыл отсканированное изображение фрески и увеличил в несколько раз.

На ней некий художник с филигранной точностью изобразил кровавыми мазками наводнение, землетрясение, мор и войну. На всей поверхности фрески теснились силуэты трупов. И в каждой сцене этого ада на земле выделялась фигура в белых одеждах. Ее всегда рисовали безликой – по-видимому, потому, что она была символом ужаса перед неведомой силой.

Тем временем научный сотрудник все читал директору Сяо лекцию:

– Обратите внимание на антропоморфную фигуру в белом. В сцене с наводнением она помещена у самого истока реки. Опуская руку в воду, она как бы поднимает волны. В сцене с войной два воина пронзают друг друга клинками, а фигура в белом собирает стекающую с лезвий кровь и пьет. И в том, и в другом случае мы наблюдаем явное указание на то, что бедствия были вызваны именно антропоморфной фигурой в белом.