Ворон ворону глаз не выклюет. Том II

Он бережно нёс в руках Сиршу, одетую в то же цветочное платье, что и вчера. В сравнении с широкоплечим шином она выглядела особенно хрупкой, а в глаза бросалась её болезненная бледность. По указу Ведьмы Нариман положил свою ношу на покрывало.

Сирша была мертва. Пепельная кожа обтянула кости хрупким пергаментом, вместо глаз – выжженные дыры. Разбилась танцующая куколка. Веселина, охнув, резко отвернулась и закрылась ладонями. Лафайетт окинул труп ошарашенным взглядом, будто подозревал обман, иллюзию; накрыл исхудавшую руку своей ладонью, провёл пальцами по выпирающей косточке на запястье.

– Такие раны… Это был не человек, верно?

– Без сомнений, – Ведьма вгляделась в тёмные провалы на лице Сирши. – Кости совершенно пусты – никакой связи с душой. Её словно на квадрианском костре сожгли. Не думала, что такое возможно…

– М-может, это Удильщик? – Веселина чуть-чуть повернула голову в сторону стола, но в последний момент вновь закрыла ладонями лицо.

– Вряд ли. Нариман нашёл её у жилых комнат, так далеко Удильщик никогда не лез.

Я пришла слишком поздно и не смогла уловить след, – наконец Ведьма соизволила обратить внимание на Виктора. Злые жёлтые глаза были красноречивы: «Жаль, что не ты на её месте». Вслух она процедила: – Когда ты в последний раз видел Крыса?

Виктор ценил старания этой маленькой яростной женщины вести себя настолько нейтрально, насколько хватало силы воли, но идти навстречу не спешил. У Крыса были свои причины не попадаться остальным Курьерам на глаза, раз он и Ламарка избегал.

Не хотелось рушить то хрупкое доверие, которое едва удалось заполучить, но и молчать нельзя. Пришлось выкручиваться.

– Он нечастый гость, – что было правдой, – и мне о своих похождениях не отчитывается, – тоже не соврал. – Могу передать ему ваши указания, как увижу.

– Надо дождаться Гаруспика, – Ведьма зажмурилась и потёрла переносицу. Её плечи поникли, словно на них опустилась вся тяжесть монолитных плит, из которых был построен бункер. – Веселина, за мной.

Подготовим всё необходимое для спуска тела в колодец.

Вскоре подтянулись остальные Курьеры. Лиховид и Диана принесли венок из черноплодной рябины и украсили им поблёкшие локоны Сирши, а Карамия, утирая слёзы, по степным поверьям повязала на её запястье красную нить. Танмир и Тунара нашли любимый шарфик Сирши с вышитыми тюльпанами и закрыли им её лицо. Якоб достал саван, в который тело аккуратно запеленали Нариман и Лафайетт. Последним явился Ламарк.